В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

76. Бои на воде и в воздухе

Трагедия «старого генерала». Английским подводникам повезло значительно больше, на их счет записалось самое крупное кровопролитие той войны. Произошло это так. Получив информацию о прибытии к Фолклендам ОС 317, аргентинцы решили дать бой. Их флот, разбившись на отряды, построился юго-западнее Фолклендов и с неожиданного направления пошел на восток в сторону противника. Самую южную группу составляли: крейсер «Генерал Бельграно» и два ракетных эсминца с ПКР. В центре строя двигались 3 ракетных корвета (сторожевика). Обходя острова с севера, выдвигался авианосец «25 мая» в сопровождении пары эсминцев.

Британская атомарина «Конкерор» «села на хвост» южному отряду 1 мая. Она не теряла контакта с противником более суток. Командир «Конкерора» изучал цель со всех сторон, скорость атомной лодки позволяла «резвиться» вокруг объекта. Ее командир то обгонял врага, то отставал, но ни разу не выпустил из зоны действия своей весьма совершенной гидроакустической системы. Аргентинцы лодку не замечали. Английская связь была так хорошо отлажена, что «Конкерор» информировал о наблюдаемом не только штаб Вудворда, но и Лондон. Оттуда и пришел приказ разгромить аргентинский отряд. Вечером 2 мая атомарина дала трехторпедный залп по крейсеру. Две торпеды попали в цель, «старик Бельграно» быстро пошел ко дну. Погиб 321 аргентинский моряк. Так закончился первый в истории случай боевого применения атомной подводной лодки.

Цена победы. На первый взгляд победа была большая, на второй – не очень. «Генерал Бельграно» мог погибнуть и сам от старости, причем англичане не несли бы ответственности за 321 человеческую жизнь. Впрочем, война есть война. Боевую карьеру аргентинский крейсер начал как американский корабль «Финикс» в 1940-х гг. С тех пор состав его вооружения не менялся, и опасности для британского соединения он представить не мог. Его пушки били в лучшем случае километров на 20, надежд приблизиться к англичанам на такое расстояние быть не могло. Любой из эсминцев сопровождения, тоже не новых, но имеющих на вооружении ПКР, был куда опаснее ветерана «Бельграно». Очевидно, англичанам очень хотелось, чтобы в сводке успехов фигурировало слово «крейсер». Впрочем, возможно британцы не слишком доверяли боевым возможностям своих «недовооруженных» эсминцев и решили не рисковать, допуская противника к главным силам флота. Своих целей «Конкерор» добился, записав на боевой счет большой корабль и предоставив английским СМИ возможность уведомить мир о «крупной победе» Королевского флота. Англичанам не повезло лишь в том смысле, что мир быстро понял, каков был этот крейсер, и оценил угрозу, исходящую от него для ОС 317. Вследствие подобного «просветления» подвиг «Конкерора» выглядел скорее массовым убийством.

Впрочем, зачем аргентинцы вообще включили эту реликвию в состав боевой группы, тоже не ясно. Надо упомянуть, что военное значение в атаке «Конкерора» все же отыскалось. Допуская, что в океане могут находиться несколько атомных лодок, аргентинцы предпочли не доводить дело до решительной схватки и отступили, оставив фолклендские воды противнику.

Вудворд, оценив ситуацию, решил приступить к штурму островов. Английские корабли блокировали Фолкленды и начали их систематическую обработку с воздуха. Основная тяжесть борьбы переместилась в небесную высь.

В небе над Атлантикой. Анализ событий постфактум показал, что если бы Гальтиери отбросил испанскую негу и своевременно улучшил Мальвинские аэродромы, разместив на них часть аргентинских ВВС, англичанам, скорее всего, не удалось бы развернуть флот вблизи островов, либо при этом развертывании «экс-владычица морей» лишилась бы львиной доли кораблей. Но вождь аргентинской хунты был истинным породистым потомком испанцев, для которых любимое слово «завтра». По этой причине аргентинским ВВС пришлось действовать на пределе дальности полета, добираясь с континентальных аэродромов до района, где обретался противник. Запас горючего не позволял маневрировать на подходе к цели, ограничивал вес вооружения самолетов, исключал действия восточнее островов, где сосредотачивалось ядро ОС 317. Тем не менее аргентинские летчики добились хороших результатов в борьбе с английским флотом.

В Лондоне это утверждение опровергают, ссылаясь на отличные действия своих «Харриеров» в воздушных боях. Английские летчики, действительно, творили чудеса, выжимая из своих самолетов возможности, о которых не догадывались даже разработчики «Харриеров». Изменяемый вектор тяги сделал эту машину сверхманевренной. Уступая в скорости любым истребителям Аргентины, будь то «Миражи» или «Супер-Этандары», англичане поневоле научились надеяться в основном на необычную способность «Харриера» зависать в воздухе. Имея на хвосте стремительного аргентинца, пилот-англичанин ждал, когда враг подойдет на дистанцию пуска своих ракет, затем он резко переключал режим двигателей, и сопла направлялись вниз. «Харриер» замирал, оставаясь на одном месте, а неуспевающий затормозить самолет врага вырывался вперед, подставляясь под удар англичанина. После этого ему оставалось только пустить свои ракеты или нажать гашетку автоматической пушки. Изменяемый вектор тяги позволял даже прятаться от ракет «воздух-воздух». В основном аргентинские средства этого класса наводились на цель по тепловому импульсу двигателей вражеских самолетов. Головка самонаведения чувствовала тепловое излучение и шла к его источнику. Обнаружив ракеты, пилот «Харриера» рвал штурвал на себя, ставя самолет «на попа» и одновременно перенаправлял сопла, пряча от ракет источник высоких температур. Головка «терялась», и ракета либо шла по прямой, либо вовсе отклонялась от курса и уходила в пространство.

«Харриер» действительно оказался «крепким орешком», он прекрасно видел врага за счет высококачественной аппаратуры обнаружения и прицеливания. Он с успехом выполнял функции штурмовика, для чего изначально не предназначался. И насбивали англичане больше машин врага, чем потеряли сами. Но своей главной функции английская палубная авиация все же не исполнила. Ей не удалось защитить корабли соединения от атак аргентинцев. До того как победа стала очевидной, ВВС Гальтиери успели порядком обескровить ОС 317.

Оружие нового поколения. Примером удачной воздушной операции аргентинцев могут считаться события 4 мая. Аргентинский самолет-разведчик «Нептун» засек английские корабли. Для их уничтожения стартовала пятерка «Супер-Этандаров». Лететь нужно было далеко, поэтому под крыльями ударной тройки висело лишь по одной ПКР «Экзосет», под другой консолью, упреком нерасторопности руководства, красовались дополнительные топливные баки. Оставшиеся самолеты летели вовсе без ракет, чтобы на обратном пути перекачать в сухие закрома ударной группы часть своего запаса горючего.

С «Нептуна», издалека рассматривавшего англичан, ударные самолеты наводились на цель. Аргентинцы шли низко, чтобы не попасть в луч корабельного радара. Их собственные локаторы были отключены, чтобы не сработали английские датчики обучения, известные каждому автолюбителю как антирадар. Предосторожности помогли, «этандары» не были замечены с двух английских кораблей. На удалении 46 км от цели аргентинцы набрали высоту, поднявшись с 40 до 150 м, и на несколько секунд включили свои локаторы.

На дисплеях в пилотских кабинах отчетливо высветились две яркие точки целей. Пилоты синхронно вдавили пусковые кнопки. «Экзосеты» оторвались и ринулись в сторону англичан. Разгрузившиеся самолеты немедленно заложили вираж и с ускорением двинулись в обратном направлении, а ракеты пошли своим путем, заработали активные радиолокационные головки самонаведения. Теперь англичан «держали» минирадары самих ракет. Английские системы сканирования воздушного пространства «спали». Приблизившись, «Экзосеты» спикировали и прижались к волнам. «Умные» ракеты стремились, чтобы их не заметили, и это им удалось. Приближающуюся смерть англичане с эсминца «Шеффилд» засекли визуально, за 4 секунды до удара. Когда они истекли, ракета вонзилась в борт корабля, продела пробоину 4 на 2 метра и проникла в корабельную утробу.

Второй «Экзосет» предназначался фрегату "Плимут", ему выпало лететь дольше, и он был замечен. Фрегат стрельнул в воздух стеной дипольных отражателей из металлизированных волокон. Сбитая с толку система самонаведения переориентировала ракету на новое яркое пятно, которое электронные мозги приняли за огромную цель. "Плимут" спасся. Зато "Шеффилду" не поздоровилось.

Французские ракетчики халтурили не хуже американских производителей торпед. Заряд взрывчатки «Экзосета» не сработал. Взорвались только остатки не сожженного ракетного топлива. Но этого хватило. Внутри корабля начался пожар. Горели синтетические изоляторы многочисленных кабелей, пронизывающих нутро корабля, палубный линолеум, пластик, из которого изготавливалась скромная обстановка судового интерьера. Ядовитый дым пластмасс мешал работе пожарных. Потом загорелся металл. Ради экономии веса, надстройки корабля были сделаны не из стали, а из алюминиевых сплавов, которые оказались горючими. Когда огонь начал подбираться к погребам ракетного боезапаса, экипаж ушел с корабля. По мере затухания пожара, англичане попытались отбуксировать эсминец к Южной Джорджии, но выгоревший дотла «Шеффилд» в процессе буксировки затонул.

Спустя 3 недели после успеха с «Шеффилдом», аргентинцы побили собственный рекорд. На этот раз «Экзосетами» было атаковано ядро авианосного соединения. В прицелы попался флагманский «Гермес». Одна из ракет пошла прямо на него. Англичане среагировали вовремя, выставив стандартную стену помех из фольги. В результате от авианосца ракету увели, но, пройдя блестящее облако, головка ракеты захватила новую цель. Ей оказался эрзац-авианосец, переделанный из контейнеровоза «Атлантик Конвейер». На этот раз боевая часть все-таки взорвалась. В унисон ей сдетонировали цистерны с авиационным бензином. С контейнеровозом погибли запасы топлива, запчастей к самолетам и 3 тяжелых транспортных вертолета.

Проблемы кибернетической пехоты. Последняя потеря была чрезвычайно важна для англичан и интересна сторонним наблюдателям. Сгоревшие вертолеты предназначались для быстрых перемещений по островам группы спецназа морской пехоты. Это подразделение имело оборудование по последнему слову техники и несколько больше. Каждый боец кроме обычного личного оружия, боеприпасов, сухпайка и доспехов из шлема и бронежилета, нес на себе массу другого оборудования. Кому достался прибор ночного видения, кому передатчик. Некоторые должны были нести детали антенны спутниковой связи. Сержанты имели персональные боевые компьютеры в стальном чехле, спасающем хрупкую вещицу от повреждений.

Со всей этой амуницией боевые возможности подразделения возрастали многократно. Но беда заключалась в том, что за отсутствием вертолетов «коммандос» пришлось топать пешком. В этой ситуации выяснилось, что лишний вес солдату в походе страшнее, чем отсутствие спутниковой антенны в бою. Кроме того, когда «техногенные солдаты» все же добрались до намеченных рубежей у Порт-Стенли, супероборудование оказалось частью поломано, частью утрачено. И в бой спецназ пошел налегке, мало чем отличаясь от обычной пехоты. После этого случая в Англии поняли, что в реальной боевой обстановке надеяться только на миникомпьютеры и спутниковую связь нельзя. Количество «навороченной» электроники в подразделениях резко сократили, и вместо очередных компьютерных курсов бойцам добавили физкультурных часов.

Так прошла первая боевая операция «кибернетических пехотинцев». Конечно, впоследствии с техникой поработали, облегчили, сделали прочнее и проще в обращении. И высокие технологии вернулись в войска. Но после марш броска к столице Фолклендов англичане больше никогда не воспринимали их как чудотворное средство со стопроцентной гарантией победы, чем по сию пору грешат их заокеанские союзники.

 


► Читайте также другие темы части XVI «Перелом (Южная Атлантика, 1982 г.)» раздела «Война и большая политика: Куба и Фолкленды»:

 Перейти к оглавлению книги Сражения, изменившие ход истории: 1945-2004