В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

25. Роль СССР и США в Суэцком кризисе (А.А. Герман)

Сближение Египта с СССР. Как было сказано выше, в поисках противовеса британскому влиянию на Ближнем Востоке Насер начал сближение с Советским Союзом.

В 1953-1954 гг. между СССР и Египтом были заключены торговые соглашения. В 1955 г., после создания Багдадского пакта, в который вошли Великобритания, Турция, Иран и Ирак, правительство Г.А. Насера впервые в истории арабского мира приобрело крупную партию советского оружия (официально Египет, как и Израиль, закупал оружие в Чехословакии). Этот факт положил начало стратегическому проникновению СССР на Ближний Восток.

Особую роль сыграл СССР в Суэцком кризисе.

Официальная реакция США и ООН на события в Египте. Вначале перечислим главные факты. Президент США Д. Эйзенхауэр осудил действия своих союзников по НАТО, назвав их «ошибочными» и заявил, что вопрос должен быть решен на Генеральной Ассамблее ООН. Советское Министерство иностранных дел ограничилось осуждением агрессии против Египта. Основное внимание Москвы в тот момент было приковано к Венгрии, где советские войска подавляли антикоммунистическую революцию.

2 ноября Генеральная Ассамблея ООН потребовала прекращения огня на Синайском полуострове и отвода войск за линию перемирия 1948 г. 4 ноября был поставлен вопрос о направлении в зону Суэцкого канала миротворческих сил ООН.

Тем не менее военные действия продолжались. 5 ноября в зоне канала началась высадка англо-французского десанта. К тому времени израильские войска овладели почти всей территорией Синайского полуострова. Египетская армия понесла большие потери. Более 6-ти тысяч ее солдат и офицеров попали в плен. Израильтяне захватили и большую часть поставленного Египту советского вооружения.

Однако именно 5 ноября политическая обстановка в мире резко изменилась.

Сообщение ТАСС. 5 ноября 1956 г. в далеком от египетских берегов венгерском Будапеште советские войска стиснули повстанческие силы в районе последнего узла сопротивления, у кинотеатра «Корвин». Венгерский кризис практически был разрешен. Это означало, что СССР может полностью переключиться на «египетскую тематику». Расчет англо-французской коалиции на отвлеченность Кремля восточно-европейскими делами не оправдался с самого начала, хотя в начале Советы реагировали вяло. В первый день ноября ТАСС опубликовало сообщение, осуждавшее тройственную агрессию как таковую, но не указывающее, как Москва намерена поступить. Вялый тон Советов порадовал Идена и Ги Молле, мидовские аналитики решили, что русским не до Суэца.

Реакция США. Однако именно нерешительность советского заявления, возможно, сыграла решающую роль в активизации другой силы, наблюдавшей за эскалацией конфликта. Сотрудников американского государственного секретариата осенило. Советская сдержанность и невовлеченность в конфликт открывают путь к претворению в жизнь антиколониальных идеалов великого Рузвельта. Настало время проткнуть имперские пузыри и не получить за это обвинений в «непротивлении коммунистам». Окружение Эйзенхауэра было явно смышленее трумэновского, моментально выработав линию поведения. Едва Вашингтона достигло послание Насера, содержащее просьбу остановить конфликт, разосланное помимо того Предсовмину СССР и лидерам крупнейших неприсоединившихся государств, индийцу Неру и индонезийцу Сукарно, американцы начали действовать.

Совет безопасности. В Нью-Йорке собрали Совет безопасности ООН. На заседании американская делегация выступила категорически против применения силы. Советские представители не возражали, хотя точных инструкций, очевидно, у них не было, и наша делегация следовала в фарватере инициатив янки. Представители коалиции были ошарашены предательством патрона. Возникла паника, вначале тихая. Несмотря на подавленное настроение, вторжения решили не отменять и просчитались.

После высадки Эйзенхауэр заговорил жестче. Президент оповестил мир, что американцы понятия не имели о планах союзников, но НАТО и не намерены поддерживать их, напротив, считают необходимыми локализацию конфликта и прекращение огня. Его слова прозвучали для империй похоронным звоном. Одной только американской реакции хватало, чтобы с треском выдворить союзников из района нефтяной аорты планеты. Но американцы оказались не одиноки.

Совместная декларация неприсоединившихся государств. Обращение к руководителям неприсоединившихся стран привело к появлению их совместной декларации, где англо-французов прямо назвали агрессорами. Документ подписали три члена Британского Содружества Наций: Индия, Пакистан и Цейлон (Шри-Ланка). Ситуация для англичан стала патовой. Держать канал - значило порвать с сателлитами, которых едва уговорили покупать кое-что сделанное в Англии. Отдать - значило лишиться пункта, позволяющего дешево и быстро проникать в Индийский океан. Тут было над чем поломать голову специалистам Форин-офиса (Британский МИД). Тем более пауза для принятия решений стремительно сокращалась.

Москва подает голос. В день, когда парашютисты коалиции сыпались на позиции у канала, заговорила Москва. Цепкий ум Хрущева, склонного к авантюрам, но не глупого человека, вычленил из ситуации явно выигрышные аспекты. Впрочем, других в ней и не содержалось.

Проявив активность, Кремль получал «зайцев» в количестве, не снившемся деду Мазаю. Во-первых, в случае удачи следовал резкий рост престижа СССР в странах Ближнего Востока и неприсоединившихся государствах. Во-вторых, под ударом оказывались мощнейшие европейские союзники США. В-третьих, все это происходило при фактическом соучастии американцев. «Маленькие пушистые грызуны» без счета сыпались к подножию Кремля.

Хрущев начал действовать, очередное сообщение ТАСС было выдержано в предельно решительной манере. Советское информагенство забило мировое информационное пространство сенсациями. В нем говорилось, что советским людям не безразлична судьба Гамаля Насера, а тем более рядовых египтян, и что советское правительство не будет препятствовать тем из своих граждан, кто пожелает участвовать в вооруженной борьбе арабов за свою свободу. Это было вовремя сказано. Мир еще не забыл «китайских добровольцев», сведенных в дивизии под командованием начальника генштаба КНР. Далее советское правительство отказывалось признать блокаду побережья Египта, оцененную как акт «морского пиратства». СССР оставлял за собой как право оказать любую военно-техническую помощь арабам, так и возможность прямого военного вмешательства в конфликт всеми имеющимися средствами.

Тут следует отметить, что со средствами в то время дела обстояли неплохо. Имелись старые атомные и новые термоядерные боеприпасы; «на крыло встала» стратегическая авиация и вполне достаточные для европейских просторов дивизии бомбардировщиков среднего радиуса действия. На боевое дежурство были поставлены первые ракеты средней дальности, способные накрыть любой объект в Европе.

Еще в обращении говорилось, что СССР и США, ввиду завидного единодушия в осуждении агрессии, могут создать совместные силы, и, передав их под флаг ООН, разгромить империалистов трехчленной коалиции. В завершении звучала основная мысль сообщения ТАСС, сводящаяся к тому, что, если к исходу 6 ноября огонь не будет прекращен, все описанное начнет воплощаться в жизнь.

Ультиматум СССР. Кроме широковещательного заявления информационщиков, были разосланы более личные письма. Свой вариант получил Эйзенхауэр, адресаты в Париже, Лондоне и Тель-Авиве.

По инициативе Н.С. Хрущева председатель Совета Министров СССР Н.А. Булганин направил ультиматум лидерам Великобритании, Франции и Израиля, требуя в течение суток прекратить военные действия и вывести войска из Египта.

В письме английскому премьер-министру А. Идену говорилось: «В каком положении оказалась бы Великобритания, если бы она была атакована более сильным государством, обладающим всеми видами современного разрушительного оружия? А ведь эти страны могут в настоящее время воздержаться от направления морских или воздушных сил к берегам Британии и воспользоваться иными средствами - например, ракетным оружием». Письмо содержало недвусмысленную угрозу: «Мы полны решимости сокрушить агрессоров силой и восстановить мир на Ближнем Востоке».

Израильский премьер-министр был предупрежден, что события на Синайском полуострове «ставят под угрозу само существование Израиля как государства». Прозвучала и угроза направить на помощь Египту советских «добровольцев». При передаче ультиматумов послы СССР сообщили на словах, что советские ракеты уже готовятся к старту. В Москве состоялись инспирированные властями демонстрации протеста у стен английского, французского и израильского посольств. Советский посол был отозван из Тель-Авива.

Президенту США Д. Эйзенхауэру было направлено предложение предпринять совместную советско-американскую военную операцию против агрессоров. Н.А. Булганин писал американскому президенту: «Если война не будет пресечена, то она может принести с собой опасность перерастания в Третью мировую войну».

Расчеты Н.А. Хрущева. Конечно, Н.А. Хрущев понимал, что США не пойдут на военный конфликт со своими основными союзниками. Но он рассчитывал показать странам третьего мира, особенно арабским, что именно СССР является их главной опорой. Знал Н.С. Хрущев и о том, что Советский Союз не располагает ракетами большой дальности, развернутыми на боевых позициях, да и вообще ракет этих недостаточно для решающего удара по Великобритании и Франции. Расчеты военных показали, что обеспечить высадку советского десанта в Египте нереально: даже если Турция и Иран согласились бы предоставить воздушные коридоры, для переброски и снабжения достаточного количества войск и оружия не хватило бы военно-транспортных самолетов.

В столкновении с англо-французскими экспедиционными силами и флотом советский десант был бы обречен на поражение. Однако Хрущев надеялся, что до настоящих военных действий не дойдет. В этом он оказался прав.

Реакция Тель-Авива. Израиль среагировал первым, Бен-Гуриону хватило одной американской критики. ЦАХАЛ свои задачи выполнил, удалив египтян с Синая, и упорствовать дальше смысла не имело. В Вашингтоне опечалились по поводу ловкости русских и засели за писание вежливого отказа от создания совместных миротворческих сил. Но в Совете Безопасности ООН все равно проголосовали за резолюцию о немедленном прекращении огня и отводе войск интервентов из зоны канала.

Франция и Англия в затруднении. Труднее всех пришлось Ги Молле и Идену. Они прикидывали, блефует Хрущев или нет. Получалось, что не блефует. По данным разведок НАТО, неуязвимые для ПВО баллистические ракеты среднего радиуса в СССР были не только испытаны, но и ставились на вооружение войск. Следовательно, стремительный термоядерный удар был вполне возможен. Тем более, что американский сдерживающий потенциал оказался вне игры. В свое время умело пользующийся видимостью бестактности для достижения своих целей Хрущев грубовато пошутил с Иденом, уведомив англичанина, что его военные подсчитали количество ракет Р-5, необходимое для разрушения инфраструктуры британских островов. Их требовалось всего 4, французам понадобится 7, оповестил улыбающийся Никита Сергеевич. Иден разговор запомнил. Такое не просто вылетает из головы.

Чуть отступив от темы, хочется напомнить несколько деталей. В последнее время мы, дорогие читатели, привыкли относиться к Хрущеву, как к грубияну и «политическому хулигану». Но автор хочет указать на одну деталь: «ботиночный стук» по столу в зале Генеральной Ассамблеи ООН известен как акт политического варварства Москвы. Менее известно, что он привел к блокаде мешающей СССР резолюции ООН. В свете такого поворота событий, ботинок становится успешно примененным последним доводом. Любить Хрущева, по авторскому мнению, не за что. Свою отставку он заслужил с лихвой, но уважительно вспомнить все же желательно. Умел Никита Сергеевич добиться своего «не мытьем, так катаньем». Не так прост он был. Политическая неуклюжесть в отношении премьера Альбиона, возможно, тоже сослужила службу. Нелегко было Идену вынести такой психологический груз, наверное, понимал прожженный политик, что термоядерный пожар Советам нужен не больше, чем остальным, но поделать с собой ничего не мог.

Иден и Ги Молле решили, что даже если СССР просто поможет специалистами и техникой Египту и его арабским союзникам, исход конфликта станет непрогнозируемым. Американцы, даже если захотят помочь, не смогут, коль скоро предыдущие заявления дезавуировать не удастся. Вашингтон явно давал понять, что нефть и арабские друзья дороже сумасбродных союзников. В этой ситуации задний ход был единственным выходом, несмотря на многочисленные последствия. До истечения срока московского ультиматума оба лидера империи выступили с заявлением, что, не желая кровопролития и, учитывая несомненный успех операции, с 00 часов 7 ноября огонь прекратят.

Провал «Мушкетера». «Мушкетер» провалился. Через 16 дней, выполняя волю Объединенных Наций, англо-французы начали очищать захваченные позиции. В марте 1957 г. солдаты ЦАХАЛа убрались с Синая, правда, лишь до следующего раза. Независимость Египта и его суверенитет над каналом были восстановлены, с условием не мешать проходу любых судов. Советский Союз получил крупные заказы на оружие и технику для воссоздания разбитой армии Египта. Правда, за поставки Каир так полностью и не расплатился. Советская роль была очень высоко оценена всеми бывшими колониями. Просоветская ориентация получила широкое распространение среди «новых» независимых государств. Базис «холодной войны» для СССР расширился, пожалуй, даже слишком, в сравнении со скромными возможностями экономики по обеспечению взаимовыгодных контактов с нуждающимися в товарах, а чаще просто в помощи новыми союзниками.

В результате событий 1956 г. СССР значительно укрепил свои позиции на Ближнем Востоке. Правда, советская политика приобрела крайне односторонный - проарабский - характер, что лишало отечественную дипломатию свободы маневра. Однако значение Суэцкого кризиса к этому не свелось: он оказал очень сильное влияние на методы действий Н.С. Хрущева во внешней политике. Ракетно-ядерный шантаж был заложен во внешнюю политику в течение ряда последующих лет.

Характер советской военно-экономической помощи. На практика советская военно-экономическая помощь Египту, да и многим другим развивающимся странам оказалась именно подарком: оружие, техника, стройматериалы и многое другое предоставлялись практически безвозмездно. От получателей требовались только провозглашение «социалистической ориентации» и одобрение позиций СССР в противостоянии с Западом. В 1950-х-1960-х гг. социалистической ориентации в различной форме, кроме Египта, придерживались Индия, Индонезия, Бирма, Сирия, Ирак, Алжир, Конго и некоторые другие страны. Все они получали значительную советскую помощь.

Между тем социализм в понимании азиатских и африканских лидеров не имел, как правило, ничего общего с тем, что вкладывалось в это понятие в Москве. Марксистская идеология служила лишь прикрытием национализма. Опасаясь перехода своих новых друзей в третьем мире на сторону «империалистических держав», советское руководство зачастую поддерживало «страны третьего мира» даже в тех случаях, когда это было связано с серьезным риском для самого Советского Союза и не соответствовало его национальным интересам.

США и Суэцкий кризис. Американская провокация удалась полностью. То, что это была именно провокация, сомнению не подлежит. Ибо никто в мире не верил, что американские генералы не заметили, как союзники изымают оружие из Европы и отправляют его поближе к Египту. Последствия провокации сказались быстро, к 1960 г. крупных колоний в мире остались считанные единицы. Прежняя система административного колониализма рассыпалась. Его наследство в основном досталось США, предложившим новые методы эксплуатации ресурсов народов, избавившихся от примитивного порабощения европейцами.

Эти события говорили о том, что узколобая политика первых лет «холодной войны» уступает место прагматизму и соображениям частной выгоды, сделавшим позиции сверхдержав более гибкими. Перед ними лежал огромный мир, границы которого переделывались куда проще, чем в Европе или «старых» странах Азии. Конструктивизм экспансии привел к некоторому снижению накала геополитического противостояния. «Холодная война» не могла закончиться, ибо в этом «жупеле» для налогоплательщиков» нуждались и Москва и Вашингтона. Но ее события стали более прогнозируемыми. Мир прогрессировал при меньшем риске тотального конфликта. Общность этих тенденций, очевидно, могут рассматривать как позитивную все народы мира, за исключением англичан и французов, которым пришлось прощаться с бесплатными «пряниками». Впрочем, в ту эпоху цены «на мучное» так взлетели, что наиболее трезвомыслящие люди в европейских столицах без сожаления простились с символами былого могущества.

В военном отношении кризис у Суэцкого канала научил человечество немногому, в основном подтвердив аксиому, что обученные армии эффективнее необученных. В тактике новым было лишь использование вертолетов в качестве перспективного средства повышения мобильности войск. Еще одним следствием стало осознание необходимости иметь постоянно боеготовые силы быстрого реагирования. Военные руководители Лондона и Парижа поняли, что попросту опоздали с развертыванием сил, в противном случае, возможно, «Мушкетер» был бы осуществлен до того момента, когда СССР получил возможность активного вмешательства.

 


► Читайте также другие темы части V «Последний бой империи: Суэцкий кризис 1956 г.» раздела «Ближний Восток»:

 Перейти к оглавлению книги Сражения, изменившие ход истории: 1945-2004