В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Николай I. Война России с Турцией. Дунайский фронт

Николай I видит в себе властелина Европы. В декабре 1850 г. исполнилось четверть века с той поры, как Николай I, подавив мятеж своих офицеров, пришел к власти. Его могущество казалось неоспоримым, и царь мнил себя властелином Европы, способным диктовать условия всем странам. Австрию самодержец считал вечно обязанной и признательной России за подавление стотысячной русской армией венгерского национального восстания. Французского императора Наполеона III российский монарх открыто третировал как выскочку и величину настолько ничтожную, что ею можно пренебречь. Что касается Англии, то Николай I рассчитывал на ее нейтралитет, если ему понадобится добить Турцию. Самонадеянный и недалекий самодержец почему-то считал себя весьма искусным дипломатом, способным упредить враждебные намерения Великобритании. Тем более что за год до начала Крымской войны в Британии было сформировано коалиционное правительство Дж. Г. Эбердина, по уверениям русских дипломатов, очень лояльное по отношению к России. Эта идиллическая картина была целиком плодом воображения Николая Павловича. Истинный расклад сил и баланс геополитических интересов был совершенно иным, опасным и невыгодным для России.

«Больной человек», интересный всем «здоровым». Сферой интересов России Николай I считал Ближний Восток и Балканы. Но в середине XIX столетия Османская империя, или Порта, раскинувшаяся от Малой Азии до Балкан, была объектом серьезного интереса и ожесточенных столкновений всех великих держав. «Больной человек», как назвал Турцию К. Маркс, была слаба экономически, проигрывала России одну войну за другой, но занимала стратегически важное положение. Англия и Франция поддерживали султана как противовес России, тогда как самодержавие стремилось уничтожить Порту.

Николай 1, император Всероссийский.
Николай I, император
Всероссийский.
Писано Фр. Крюгером,
литографировано
Фр. Иенценом

Планы Николая I по разделу Турции. В декабре 1852 г. на одном из придворных вечеров Николай I поделился с опешившим от неожиданности английским посланником своими планами раздела Турции. Тема была продолжена настойчивым царем в частных беседах с сэром Гамильтоном Сеймуром и в январе-феврале следующего года. По плану Николая Павловича Дунайские княжества (Молдавия и Валахия), Сербия, Болгария переходили под протекторат России. Под управление России должен быть передан и Константинополь. Англии царь милостиво соглашался оставить Египет и Крит. Николай I раскрыл свои истинные планы английскому послу, не догадываясь, насколько жесткую и непримиримую по отношению к России реакцию вызовет в британском правительстве откровение Российского самодержца.

Повод для войны с Турцией. Итак, в начале 1853 г. Николай Павлович, уверенный в нейтралитете Австрии, Англии, Пруссии и пассивности Франции, решается «действовать напролом». Поводом к разрыву отношений с Турцией стал вопрос о христианских святынях в Палестине. Под нажимом Франции турецкий султан большую часть священных для всех христиан реликвий передал католической церкви. Николай I счел этот предлог удобным для предъявления ультиматума Турции и отправил к султану чрезвычайное посольство во главе с А.С. Меншиковым, правнуком знаменитого соратника Петра Великого. Это назначение стало очередной, но не последней ошибкой российского императора.

Князь Меншиков, командующий русской армией в Крыму
Князь Меншиков, командующий
русской армией в Крыму.
Рисовано и литографировано
Штадлером в 1855 г.

Задачи князя Меншикова. 65-летний князь А.С. Меншиков был видным сановником империи, подвизался на дипломатической ниве, был даже морским министром, но барственная лень мешала князю, где бы ни приходилось ему трудиться. Превосходно образованный, острый на язык Меншиков прославился только меткими остротами, каламбурами и вызывающими бурю поступками. Трудно было представить менее удачную для важного дипломатического визита кандидатуру. Меншиков должен был не только добиться от султана уступок в вопросе о «святых местах» в Палестине, но и покровительства русского императора над всеми православными христианами Османской империи. Удовлетворение последнего требования означало, фактически, бесконтрольное вмешательство России в дела Турции.

Турция отвергает ультиматум. Естественно, что ультиматум России был встречен с негодованием, тем более, что Меншиков держался по отношению к турецким вельможам и самому султану подчеркнуто вызывающе, намеренно ведя дело к разрыву.

В Европе пристально следили за ходом русско-турецких переговоров, намекая дипломатам Османской империи, что не оставят ее наедине с Россией. Западные дипломаты весьма искусно вели двойную игру. Поддерживая иллюзии Николая I о непреодолимости англо-французских противоречий, «заклятые друзья» за спиной России заключили в феврале 1853 г. соглашение о полной солидарности в действиях по Восточному вопросу. Самонадеянная и недалекая политика русского дипломатического корпуса была на руку западным странам: Россия полным ходом шла к роковой для себя Крымской войне. Как и следовало ожидать, миссия Меншикова оказалась безрезультатной: султанское правительство отвергло ультиматум и 4 июля 1853 г. два корпуса русской армии вступили в Молдавию.

Россия как военная держава. В военно-техническом отношении Россия была наиболее отсталой из великих держав Европы. Успешные войны против еще более слабых Турции и Персии лишь затемняли истинное бедственное положение. Военные заводы России, работавшие только до наступления холодов, выпускали в год 50–70 тысяч ружей и пистолетов, тогда как потребности армии составляли около 200 тысяч единиц огнестрельного оружия в год; артиллерийских орудий производилось 100–120 штук в год, а было необходимо в три раза больше, пороха изготавливалось 60–80 тысяч пудов, а требовалось опять же в три раза больше. Огнестрельное оружие, находившееся на вооружении русской армии, безнадежно устарело. Гладкоствольные ружья русской пехоты стреляли на 200 шагов и перезаряжались в 12 приемов, англо-французские войска были вооружены нарезными винтовками с дальностью стрельбы в 1300 шагов.

Адмирал Корнилов
Адмирал Корнилов

Такая военно-техническая отсталость дополнялась и тяжелейшими условиями быта русских солдат. Рекрутчина обезличивала рядовой состав русской армии, а начальство (за исключением таких личностей, как П.С. Нахимов, В.А. Корнилов и немногих других) относилось к русскому солдату как к крепостному быдлу. Только по официальным данным, за период с 1825 по 1850 гг. от болезней в русской армии умерло не менее миллиона «нижних чинов», что составляло более 40% всего личного состава. Обучение солдат и азы военно-тактической подготовки заменялись бесконечными парадами. Не на высоте требований военного дела был высший командный состав русской армии. Наконец, в ужасающем состоянии находились транспорт и пути сообщения. Быстрее и с меньшими издержками можно было доставить войска к театру военных действий из Англии и Франции, чем совершать изнурительные тысячекилометровые марши по российскому бездорожью.

«О войне с Оттоманской Портою». Оккупация Россией Дунайских княжеств была мерой демонстративной. До осени 1853 г. Николай исповедовал выжидательную тактику, рассчитывая запугать турок и прозондировать намерения европейских держав. Однако надеждам Российского самодержца на благополучный исход дела не суждено было сбыться. Полагаясь на поддержку западных союзников, Турция первой предприняла решительные шаги и 16 октября султан Абдул-Меджид объявил России войну. Турецкие войска переправились через Дунай и захватили крепость Калафат, а на Кавказском фронте заняли слабо защищенный пост Св. Николая. В ответ Николай 1 ноября подписал манифест «О войне с Оттоманской Портою».

Дунайский фронт. До вторжения англо-французских войск Россия воевала с Турцией на двух фронтах: Дунайском и Кавказском, причем последний считался второстепенным. Война на Дунае, вопреки предположениям русских «стратегов», приняла затяжной, позиционный характер. Командующий Дунайской армией генерал М.Д. Горчаков потерял более полугода, ожидая точных распоряжений из Петербурга и не решаясь действовать самостоятельно. Русское командование очень неумело разбросало свою армию по всей территории княжеств и не могло обеспечить численный перевес в решающий момент. Так произошло осенью 1853 г. в сражениях при Ольтенице, Четати, Жужеве. Один из русских офицеров прямо писал о причинах неудач: «Атака провалилась, потому что она была плохо соображена и во всех отношениях плохо проведена».

Фельдмаршал Паскевич. Лишь в марте 1854 г. командующим русской армией на Дунае был назначен любимец царя, 72-х летний фельдмаршал Паскевич, осадивший Силистрию. Умный, образованный военачальник, Паскевич смолоду отличался личной честностью, пытался, хотя и безуспешно, бороться с произволом и казнокрадством в армии. Фельдмаршал был в особой чести у императора, который «знал, что Паскевич не вор и не предатель, и считал это редкостью».

В 1820-е гг. Паскевич отличился в кампаниях с Персией и Турцией, после чего на него обрушился поток царских милостей: графский, затем княжеский титул, фельдмаршальский жезл, бесконечные награды и миллионные пожалования. Словом, выбор фельдмаршала в качестве командующего русской армией на самом важном направлении казался безошибочным.

П.С. Нахимов
П.С. Нахимов

Но Российский самодержец роковым образом вновь ошибся. Дело было в том, что Паскевич не хотел войны. Умный и осмотрительный фельдмаршал с тревогой наблюдал за ходом событий. В отличие от многих царских дипломатов, он сознавал реальную опасность войны против России западных стран. Более того, Паскевич, видимо, полагал, что русская армия в том состоянии, в каком она находилась, не способна решать серьезные задачи.

Фельдмаршал явно не хотел на закате блестящей карьеры рисковать своей репутацией в случае неудачи. «Паскевич перед Силистрией ничего не хотел, ничего не приказывал, он не хотел брать Силистрию, он вообще ничего не хотел», – свидетельствовали очевидцы Дунайской кампании. Эта характеристика точна, но одно желание у командующего все же было: он очень хотел внушить Николаю Павловичу мысль о необходимости увести армию с Дунайского фронта. Не рискуя прямо уведомить императора о своем стремлении прекратить военные действия, Паскевич избрал тактику промедления, пагубно сказывавшуюся на боевом духе войск.

Наконец, 28 мая командующий объявил себя контуженным и покинул армию. Лечащий врач Паскевича констатировал: «Не подлежит никакому сомнению, что происшествие 28 мая послужило только предлогом к выполнению давнего желания фельдмаршала удалиться от дел, так как скачок лошади и падение ядра в трех шагах не могло произвести не только контузии, но даже обыкновенного легкого ушиба». Вернувшийся к командованию Горчаков в июне снял осаду, в тот момент, когда истощенный голодом гарнизон Силистрии был готов сдаться. Русские войска ушли из Дунайских княжеств.

Адмирал Нахимов. Удачнее обстояли дела на Кавказе, где русская армия под командованием генерала В.О. Бебутова в ноябре 1853 г. взяла Башкадыклар, сорвав операцию турецких войск в Закавказье. Но главным событием первого этапа войны был, безусловно, знаменитый Синопский бой.

 


► Читайте также другие темы части VIII «Россия между Востоком и Западом» раздела «Войны в Старом и Новом Свете во второй половине ХIХ–начале XX века»:

 Перейти к оглавлению книги Сражения, изменившие ход истории: XVI-XIX века