В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

37. Ватерлоо

«Генерал Вперед» спасает коалицию. В ночь с 16 на 17 июня, разбитые, деморализованные и лишенные командующего прусские войска стояли перед мучительным выбором: бросить на произвол судьбы английских союзников и спасаться (к такому решению в отсутствие Блюхера склонялся генерал Гнейзенау) или перегруппироваться и вновь вступить в бой с Наполеоном. Лишь поздно ночью полуживой Блюхер добрел до расположения своей армии. Неустрашимый фельдмаршал, на удивление быстро поправив здоровье с помощью испытанного и излюбленного средства – можжевеловой водки с чесноком, немедленно приступил к выработке диспозиции. По соображениям чести Блюхер отверг позорное предложение бросить союзников. Возобладавший в немецком главнокомандующем воинственный дух спас не только «железного герцога» с его войсками, но и всю коалицию.

Напрасная самоуверенность Наполеона. Наполеон рассчитывал, что противникам понадобится значительное время, чтобы объединиться. 17 июня весь день шел проливной дождь, казалось, природа дала его армии день передышки, ведь атаковать по раскисшей грязи не было возможности. Сам император остался ночевать в замке близ Флерюса, деревни, возле которой в июне 1794 г. французские войска одержали одну из самых блестящих своих побед. Наполеон усмотрел в этом добрый знак.

Утром 17 июня Наполеон пребывал в приподнятом настроении духа. Он был уверен, что разбитое прусское воинство во главе со своим фельдмаршалом отступает к Льежу; Ней, вероятно, уже занял Катр-Бра, а Веллингтон поспешно отступает к Брюсселю. Самоуверенность сыграла с гением стратегии злую шутку: он не выслал разведку ни вслед пруссакам, ни к Катр-Бра. Наполеона окончательно успокоило сообщение, что тысячи пруссаков отступают по направлению к Льежу. Это были дезертиры, численностью около 9 тысяч человек, но не армия Блюхера. Узнав, что армия Веллингтона по-прежнему в Катр-Бра, французский полководец не отдал приказа Нею сковать силы англичан, чтобы ударить им в тыл. Это был очередной, но не последний промах Наполеона. Лишь к 11 часам дня Наполеон отдал первые распоряжения, изготовившись атаковать англичан. Главная роль здесь отводилась Нею.

Роковое промедление. В отличие от французского главнокомандующего, герцог Веллингтон утром послал разведку узнать об итогах сражения при Линьи. Получив донесение о поражении и отступлении пруссаков, он немедленно приказал готовиться к отступлению. Если бы Ней хотя бы в полдень догадался атаковать войска «железного герцога», то дело союзников было бы проиграно, но французский маршал предоставил англичанам шанс на спасение, который они не упустили. Примчавшийся в час дня к Катр-Бра Наполеон был в ярости от поразительной и необъяснимой пассивности Нея. Последовал приказ немедленно броситься вдогонку за противником, но промедление было роковым. Возможно, что Наполеону, лично возглавившему преследование, удалось бы все же догнать Веллингтона и навязать ему сражение, но хлынувший дождь превратил всю местность в раскисшее болото. Французская кавалерия сумела лишь вступить в бой с ускользавшим арьергардом англичан, но это было уже на исходе светового дня и дальнейшее преследование оказалось бессмысленным. Около двух часов ночи Наполеон получил сообщение от Груши, который правильно определил, что Блюхер отступает к Вавру. Давно замечено, что в последнюю свою кампанию знаменитый французский полководец странным образом сочетал приступы бешеной энергии с периодами необъяснимой апатии, что ранее было совершенно для него не свойственно. Если бы Наполеон сразу отдал приказ Груши преследовать и связать боевыми действиями пруссаков, возможно, исход сражения при Ватерлоо был бы иным, но такой приказ последовал лишь в десять утра.

Наполеон определяет диспозицию союзников. В ночь перед решающим сражением французский император спал плохо. Он очень тревожился, не ушел ли противник. Желая убедиться, что армия Веллингтона на месте, он приказал провести разведку боем. Грохот десятков орудий убедил его, что противник готовится к утреннему сражению. Однако в час ночи под проливным дождем император вышел к линии сторожевого охранения, пристально вглядываясь в сотни боевых костров армии Веллингтона. Наполеон был удовлетворен: англичане попали в ловушку, выхода из которой не было. «Дождь лил как из ведра. Несколько офицеров, проводивших разведку, и секретные агенты, вернувшиеся в полчетвертого ночи, подтвердили, что англо-голландские войска и не думают трогаться с места… Командующий неприятельской армией не мог совершить ничего, более противоречащего интересам дела и своей страны, всему настрою этой кампании и даже просто элементарным правилам войны, чем оставаться на той позиции, которую он занимал. Он имел за собой дефиле леса Суаньи, и в случае поражения его отход был бы невозможен», – так сам Наполеон определял диспозицию. По всей вероятности, французский полководец был твердо уверен, что прусские войска далеко от места предстоящего сражения, а Веллингтон попал в безысходное положение. Тем более, что французская армия численно и в артиллерии превосходила неприятеля: 74 тысячи человек и 250 орудий против 70 тысяч человек и 170 орудий.

Располагая свои войска, герцог Веллингтон явно надеялся на своевременное прибытие корпуса фельдмаршала Блюхера. Именно по этой причине основная масса его войск была сосредоточена на правом фланге, тогда как левый фланг был открыт для подхода союзников. По свидетельству очевидцев, Наполеон перед началом сражения высоко оценил армию своего противника: «Великолепные войска, но через полчаса я изрублю их в куски».

Расположение войск противников. Веллингтон расположил свои войска за гребнем холмов, которые пересекали поле близ бельгийской деревни Ватерлоо. Английские позиции, пестревшие красными мундирами, усеянные батареями, замерли в настороженном молчании. По другую сторону неглубокой долины расположились французы. Впереди расположилась кавалерия: егеря, уланы, карабинеры, конные гренадеры, гусары. За кавалерией стояли двенадцать полков «старой гвардии», ветераны многих сражений в длинных синих шинелях и высоких медвежьих шапках. Правее стояла «молодая гвардия» и шестой корпус Лабо. На правом фланге разместились гусары Марбо и уланы Жакино.

Однако начало боя было отложено на долгое время, поскольку размытый дождем грунт не позволял вести кавалерийские и артиллерийские маневры. Это было роковой ошибкой Наполеона. Даже если бы он использовал в начальной фазе сражения только пехоту, то и в этом случае, вероятнее всего, завершил бы исход боя в свою пользу.

Начало сражения. Итак, основные события 18 июня развернулись на поле Ватерлоо, недалеко от Мон-Сен-Жан. В 11.30 утра дивизия родного брата Наполеона, принца Жерома, атаковала позиции союзников. Эта акция планировалась штабом Наполеона как отвлекающая, для французов было важно заставить перебросить войска на правый фланг, чтобы затем прорвать центр союзных войск. К несчастью для Наполеона, его родной брат, обуреваемый амбициями, в нарушение всех инструкций, ввязался в тяжелый бой. Пытаясь выбить противника с занимаемых позиций, принц Жером упорно бросал свою дивизию в фронтальные атаки, неся при этом тяжелейшие потери. «Таким образом, – комментирует современный историк, – с самого начала французский план сражения был поставлен под удар и нарушен из-за притязаний командира дивизии, который оказался неспособным реально понять свою задачу. Уже была совершена первая серьезная тактическая ошибка этого дня».

Битва при Ватерлоо
Битва при Ватерлоо, гравюра XIX века

Не могла нанести значительного ущерба противнику и французская артиллерия; Веллингтон искусно использовал особенности местности, спрятав большую часть своих войск за высокими насыпями и гребнем возвышенности Мон-Сен-Жан. Мягкий грунт, в котором буквально тонули, а не рикошетили ядра пушек, еще более снижал эффект артиллерийского обстрела. Ко всем этим неприятностям добавилась еще одна: в час дня пришло сообщение, что к правому крылу французской линии приближается 30-тысячный корпус генерала Бюлова. Это была уже очень серьезная угроза, но Наполеон не потерял ни хладнокровия, ни надежды на конечный успех. Он немедленно отправил к Груши посыльного с приказом пробиваться на соединение с основными силами французской армии.

Странные действия Груши. Действия Груши накануне и в день сражения при Ватерлоо многие современники и историки называют странными, загадочными и даже предательскими. Накануне Ватерлоо, 17 июня, его войска вышли в поход лишь в 2 часа дня и продвигались с большими передышками и чрезвычайно медленно. Остановившись на постой в местечке Жамблу, французский маршал получил точные сведения о продвижении прусских войск, но не сделал практически ничего, чтобы остановить их, хотя такие шансы у него, бесспорно, были. Утром 18 июня, уже в день битвы при Ватерлоо, Груши отдал приказ о выдвижении только в 8 часов утра. В десятом часу утра завтрак Груши был прерван раздавшейся вдалеке канонадой. Генерал Жерар резко, но справедливо упрекнул своего командующего в бездействии и предложил немедленно идти на звук боя (это было начало битвы при Ватерлоо). Если бы Груши принял это разумное предложение, то, несомненно, догнал бы прусские войска, но он, сославшись на приказ Наполеона (дошедший с запозданием и потому фактически устаревший), настоял на преследовании армии Блюхера. Время было упущено, а вместе с тем катастрофически таяли шансы французской армии на победу.

Ошибка генерала д’Эрлана. Тем временем пока маршал Наполеона совершал свои, мягко говоря, необдуманные поступки, сам император отдал приказ перебросить на правый фланг 10 тысяч человек пехоты, а Нею начать атаку на левый центр противника. И тут произошла очередная нелепость, одна из тех, которые буквально преследовали Наполеона все эти дни. Генерал д’Эрлан, исполняя приказ Нея, совершил действие, которое до сего дня не поддается истолкованию ни с позиций военного искусства, ни с точки зрения здравого смысла. Вместо того, чтобы построить свои войска в ударные батальонные колонны, он развернул боевые порядки в линию батальонных шеренг. Это значило, что под убийственным огнем противника французские войска должны были продвигаться плотными шеренгами друг за другом, представляя собой прекрасную мишень. Один из полковых офицеров, участвовавших в этом «маневре», вспоминал: «Третья дивизия, к которой принадлежал мой полк, должна была наступать, подобно другим, в строю развернутых батальонов, где только четыре шага отделяли один батальон от другого, странный боевой порядок, дорого обошедшийся нам, так как мы не могли образовывать каре против кавалерийских атак, зато ядра вражеской артиллерии пропахивали себе путь через этот порядок на глубину двадцати рядов». С огромным трудом преодолевая ураганный орудийный огонь, французские солдаты карабкались по склону к гребню хребта, где располагались войска союзников. Очень вероятно, что именно это крайнее напряжение сил и не позволило бойцам д’Эрлана сдержать неожиданную атаку англо-шотландской кавалерии. При этом лихие кавалеристы в горячке боя проскочили через долину прямо к артиллерийской бригаде французов, где были атакованы и разбиты французскими кирасирами и уланами. Большая часть союзной кавалерии была полностью уничтожена. Тем не менее, первая масштабная атака наполеоновских войск был отбита.

Кавалерийская атака французских кирасиров. К трем часам дня у Наполеона зародились сильнейшие подозрения, что Груши не явится к месту боя. В 3.30 Ней получил категорический приказ императора взять Ла-Э-Сент любой ценой. «Храбрейший из храбрых» буквально понял приказ и вовлек в атаку не менее 5 тысяч кавалеристов. Это было очередным безрассудством наполеоновского маршала. Кавалерийская атака разворачивалась по склону горы, под открытым огнем артиллерии союзников, не подкрепленная ни огнем собственных орудий, ни действиями пехоты! Массированная кавалерийская атака стала одним из самых грандиозных зрелищ в битве при Ватерлоо. Английский прапорщик свидетельствовал: «Ни один человек, присутствовавший при этом и выживший, не мог до конца жизни забыть ужасающее великолепие этой атаки. Мы видели вдали что-то, казавшееся огромной двигающейся линией, которая, приближаясь, сверкала как мощная морская волна, отражающая солнце. Все ближе и ближе неслась эта конница, пока сама земля не начинала сотрясаться от этого громового топота. Казалось, что ничто не сможет устоять под напором этой ужасной накатывающейся массы. Это и были знаменитые кирасиры – в основном старые солдаты, отличившиеся почти во всех сражениях в Европе.

Невероятно быстро они оказались уже в пределах 20 ярдов от нас, оглушая криками “Vive l’Empereur!”. Прозвучала команда: “К встрече кавалерии готовьсь!”; каждый солдат в передней шеренге встал на колено, и перед разъяренными французскими кирасирами возникла стена, ощетинившаяся сталью штыков…» Неистовый порыв французской кавалерии разбился о хладнокровие и мужество британской пехоты. Британский командующий, чтобы поддержать пехоту, приказал своей коннице контратаковать противника. Многие батареи по нескольку раз оказывались в руках французов, но отсутствие пехоты сводило на нет все героические усилия кирасир. Некому было не только заклепать орудия, но даже просто забрать банники. Весь штурм был спланирован и проведен из рук вон плохо. Отброшенная французская кавалерия перестраивалась и вновь бросалась на позиции противника, но с тем же результатом. По свидетельству очевидца, «французская кавалерия совершала храбрейшие из всех виденных мною атак… никогда кавалерия так неустрашимо не выполняла свой долг и не была так неустрашимо отражена пехотой».

Потери. Трупы буквально усеяли склоны холмов. Как вспоминал один из британских офицеров: «Было невозможно шагнуть ни на один ярд, чтобы не наступить на раненого товарища или тело убитого. А громкие стоны наших раненых и умирающих вселяли в душу ужас». Наполеон был крайне недоволен действиями Нея, но, чтобы поддержать его, отдал приказ о наступлении кавалерии силами Флао и Келлермана. Последний запросил подтверждение приказа. Но не успело запрашиваемое подтверждение дойти до адресата, как дивизионные командиры из корпуса Келлермана самовольно бросились в отчаянную атаку, увлекая за собой остатки гвардейской кавалерии. Однако и этот сумасшедший порыв был остановлен. К шести часам вечера Наполеон потерял весь кавалерийский резерв. Ему оставалось только, перефразируя римского императора, повторять: «Ней, верни мои легионы!» Но и союзные войска были на пределе человеческих сил, несли тяжелейшие потери, а британская кавалерия перестала существовать.

Действия маршала Нея. Оценив ситуацию, Наполеон повторил свой приказ Нею: взять Ла-Э-Сент. В седьмом часу вечера маршал Ней перешел к наступлению, организованному, впервые за день, тактически грамотно, с участием всех родов войск. Захватив позиции Германского королевского легиона, Ней немедленно расположил там батарею и открыл губительный орудийный огонь по центру позиций Веллингтона. Для полной победы ему не хватало подкрепления, которое он запросил у Наполеона. Победа была действительно близка, но император отказал маршалу, столько раз его подводившему. Тем более что внезапная угроза французам возникла на правом фланге, куда подоспел прусский генерал Бюлов. Одиннадцать батальонов из резерва императора были переброшены на правое крыло французской армии и выровняли положение. Теперь внимание Наполеона вновь сосредоточилось на центральном участке, где вел бой Мишель Ней. Веллингтон был на грани поражения. Правда, он успел перебросить свежие силы с правого фланга в центр и тем самым залатать пробоины, но и у французского полководца нашелся достойный ответ.

Наполеон во главе атаки. В семь часов вечера Наполеон отдал приказ наступать и лично повел в решающую атаку девять батальонов императорской гвардии, которую до последнего момента держал в резерве. Решить исход боя должны были лучшие части императора, испытанные в десятках боев. Это было действительно грозное оружие. В этот кульминационный момент в наступившей темноте к северо-востоку от поля боя показались неясные силуэты наступающих войск. Некоторое время продолжалось мучительное ожидание: «Блюхер или Груши? Французы или пруссаки?» Наполеон, чтобы поддержать заколебавшихся молодых солдат объявил, что подходят войска Груши. Но воодушевление, охватившее французов, вскоре обернулось ужасом, когда у них в тылу раздался грохот артиллерийской канонады. «Генерал Вперед» успел подойти раньше медлительного маршала Груши.

Сокрушающий огонь британцев. Тем временем императорская гвардия под грохот барабанов наступала на позиции Веллингтона. Незадолго до этой знаменитой атаки, французский офицер-дезертир выдал англичанам направление движения гвардии, которую союзные войска встретили во всеоружии. Гвардия двигалась одной сомкнутой колонной при поддержке батареи конной артиллерии. До сих пор неизвестно, почему Ней отдал приказ разделить единую колонну на несколько частей, но эта ошибка была уже непоправимой. Правда, потом Ней несколько раз пытался увлечь в бой свои части с криком: «Смотрите, как умирают маршалы Франции!» Под ним было убито несколько лошадей, но его пули не трогали.

Британские войска великолепно использовали естественные укрытия, которыми изобиловал холм Мон-Сен-Жан. Большинство французских войск даже не успевало развернуться в боевые порядки, как на них обрушивался пушечный и ружейный огонь. Выдержать этот шквал огня было выше человеческих сил.

Отступление гвардии Наполеона. Веллингтон бросил на французов 40 тысяч солдат, и гвардия отступила. Это отступление повлекло за собой повальное бегство. Наполеон делал все, чтобы организовать остатки деморализованного воинства. Безграничное мужество и стойкость проявили остатки гвардии. Вошел в историю генерал Камбронн, который в ответ на предложение сдаться на почетных условиях выругался и произнес свою знаменитую фразу: «Гвардия умирает, но не сдается!» Молодая гвардия на восточном фланге до 9 часов вечера удерживала дорогу на Шарлеруа, чтобы дать возможность отхода остаткам армии. Старая гвардия на северном участке фронта вела идеально организованное отступление перед численно превосходящим противником.

Крах последних надежд. При Ватерлоо французские войска потеряли 25 тысяч человек; союзники – 22 тысячи человек. Сам Наполеон находился в одном из каре, едва не угодив в плен к пруссакам. Не оправдались надежды Наполеона собрать свои войска в Женаппе. У Филиппвиля он передал командование Сульту и отбыл в Париж. Судя по корреспонденции Наполеона, в тот момент он еще не считал все потерянным. К тому же бездарно организованное преследование французской армии завершилось поражениями союзников, а Груши сохранил свои войска (более 20 тысяч человек) и вывел их к Филиппвилю, правда, с опозданием на сутки.

Наполеон подписывает отречение. Видимо, поворот в сознании Наполеона свершился по пути в Париж, куда он прибыл 21 июня. Он безучастно воспринял и требование отречения со стороны депутатов обеих палат, и предложение ближайших советников продолжить борьбу, и поддержку масс, призывавших к обороне Парижа. Он правильно оценил всю безнадежность своего положения. К границам Франции полным ходом приближались свежие австрийские войска; вслед за ними следовало ожидать и русских. Наполеон мог, конечно, собрать еще одну армию и выиграть сражение, два, три у коалиции. Но в конечном итоге, объединившаяся Европа все равно задавила бы его, а поднимать всю Францию на новую революционную войну у него не было ни сил, ни желания. 22 июня император вторично подписал манифест об отречении от престола. Он был на удивление спокоен. Когда англичане отказали ему в возможности эмигрировать в Америку, то он отверг все предложенные ему варианты бежать.

15 июля Наполеон в сопровождении совсем небольшой группы близких людей поднялся на борт английского судна «Беллерофон» и отбыл на остров Святой Елены, где и скончался 5 мая 1821 г. на пятьдесят втором году жизни.

Крушение империи. Ватерлоо означало окончательное поражение Наполеона и крушение наполеоновской империи. Франция не смогла удержать свое господствующее положение на европейском континенте.

 


► Читайте также другие темы части VI «Закат Французской империи» раздела «Запад, Россия, Восток в конце XVIII–начале XIX века»:

 Перейти к оглавлению книги Сражения, изменившие ход истории: XVI-XIX века