В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

26. Акций: последняя великая морская битва античности

Октавиан победил. Битве при мысе Акции у берегов Эпира было суждено стать последним великим морским сражением античности. Принято считать, что именно в тот день, 2 сентября 31 г. до н.э., была решена судьба Римской державы – победителем в многолетней борьбе за единоличную власть вышел приемный (точнее, усыновленный по завещанию) сын Юлия Цезаря Октавиан, через несколько лет получивший почетный титул Августа, под которым он и вошел в историю.

Согласно античной традиции, решающую роль в ходе сражения при Акции сыграло неожиданное предательство со стороны египетской царицы Клеопатры, которая в разгар боя оставила флот своего мужа и покровителя Марка Антония и пустилась в бегство. Вдогонку за египетской эскадрой бросился сам Антоний. Его флот, лишенный в результате этого единого командования, был разгромлен, а сухопутная армия через несколько дней сдалась победителю.

Официальная версия и неясные вопросы. Именно такая версия финальной схватки за власть в Риме долгое время господствовала в исторической литературе. Однако есть основания считать, что подлинная картина той грандиозной исторической драмы была тщательно и умело отретуширована: в большинстве античных источников отразилась только точка зрения победителей. С другой стороны, надо учитывать, что официальное истолкование войны между Антонием и Октавианом было разработано штабом Октавиана для немедленного применения в качестве пропагандистского оружия.

Отсюда следует, что грубое искажение фактов можно исключить, т.к. свидетели и участники войны немедленно бы это заметили. Поэтому нет оснований сомневаться, что в день битвы эскадра Клеопатры действительно покинула место сражения, Антоний сделал то же самое, его флот потерпел поражение, а войско капитулировало. Остается открытым вопрос о причинах, побудивших противников Октавиана поступить их подобным образом: ведь они должны были понимать, что тем самым решался не только исход войны, но и их личная судьба.

Подготовка сторон. Ко времени начала боевых действий обе стороны провели интенсивную пропагандистскую, политическую и дипломатическую подготовку военной кампании. Можно без преувеличения сказать, что по всем пунктам Октавиан сумел в этом обыграть Антония. Тонкий расчет присутствовал даже в том, что война со стороны Рима (то есть Октавиана) была объявлена не Антонию, а Клеопатре – за присвоение "достояния римского народа". Такой маневр был предпринят, чтобы показать, будто гражданские войны наконец окончены, новая кампания против чужеземной царицы будет носить характер внешней войны, а вражда Октавиана с Антонием имеет всего лишь характер частной распри (inimicitia) между двумя римлянами. В то же время подчеркивалось, что Антоний, связавшись с Клеопатрой, в угоду ей предал и римлян, и дело Цезаря, тогда как Октавиан защищает не только цезарианцев, но и всю западную цивилизацию от опасности, надвигавшейся на нее с Востока.

Таким образом, штаб Октавиана сумел создать такую идеологическую базу для борьбы против Антония, которая устраивала большинство римского общества, и повелитель римского Востока не сумел противопоставить пропаганде соперника ничего равноценного. Поэтому не вызывает удивления, что партия Антония с началом военных действий стала стремительно таять, а расправы с заподозренными в желании дезертировать только ускорили этот процесс.

Критическая ситуация в армии Антония. К исходу лета 31 г. до н.э. Антоний с армией и флотом, сосредоточенными в Эпире, оказался в критической ситуации, которая требовала немедленного решения. Его вооруженные силы разлагались на глазах: римский историк, оценивая ситуацию с точки зрения сторонников Октавиана, констатировал: "Отсюда к Антонию никто, оттуда к Цезарю (т.е. Октавиану) ежедневно перебегал кто-нибудь". Армии необходимо было платить и платить щедро, однако Антоний уже не имел такой возможности. Флот Октавиана высадил десанты в наиболее уязвимых пунктах вражеских коммуникаций и сумел блокировать Антония с моря. Запасы провианта в лагере последнего подходили к концу, что и заставило Антония созвать военный совет для обсуждения плана дальнейших действий.

Клеопатра
Клеопатра

Участники совета, сам Антоний с Клеопатрой и их высшие военачальники, должны были исходить из того бесспорного факта, что в результате действий противника и собственных промахов Антония необходимость в генеральном сражении практически отпала: Востоком война была уже проиграна. Понимая это, участники совета, обсудив различные варианты, в конечном счете приняли предложение Клеопатры оставить в наиболее важных пунктах балканских провинций Антония гарнизоны, а флоту с частью войска прорвать блокаду и продолжить войну уже на Востоке.

Флот Октавиана ждет врага. В ту же ночь через перебежчиков это решение стало известно Октавиану. Абсолютно уверенный в том, что главное уже сделано, он поначалу даже собирался предоставить неприятельскому флоту возможность беспрепятственного бегства. Но его штаб, профессиональные военные, отговорили его от столь рискованного шага, опасаясь, что противник сохранит слишком крупные силы и, как следствие этого, возможность продолжить сопротивление уже на Востоке. Таким образом, флот Октавиана продолжал крейсировать в открытом море, блокируя выход из Амбракийского залива. Морякам приходилось туго: на море было сильное волнение, четыре дня подряд не дававшее возможности начать сражение. Наконец к утру 2 сентября ветер стих, море стало гладким, как зеркало.

Антоний готовит флот к бою. Готовясь к бою, Антоний отдал распоряжение сжечь часть кораблей и снарядить для боя только самые мощные, от триер до кораблей с десятью рядами весел. На борт, против обыкновения, было приказано взять паруса. На палубах были размещены 20 тысяч легионеров и 2 тысячи лучников. Рассказывали, что один начальник когорты, ветеран, весь иссеченный в бесчисленных сражениях под командованием Антония, увидев его, заплакал и сказал: "Ах, император, ты больше не веришь этим шрамам и этому мечу и все упования свои возлагаешь на коварные бревна и доски! Пусть на море бьются египтяне и финикийцы, а нам дай землю, на которой мы привыкли стоять твердо, обеими ногами, и либо умирать, либо побеждать врага!" Антоний не ответил ничего и, взглядом и движением руки призвав старого воина мужаться, прошел мимо.

Флот Октавиана намного превышал по численности те корабли Антония, что были приведены в боевую готовность. Поэтому Антоний считал, что бой начнется с атаки противника, и решил придерживаться строго оборонительной тактики. Он, "объезжая на лодке свои корабли, призывал воинов сражаться уверенно, словно на суше, полагаясь на большую тяжесть судов, а кормчим наказывал, принимая удары вражеских таранов, удерживать суда на месте, так, словно бы они стоят на якорях, и остерегаться сильного течения в горле залива" (Плутарх). Однако шло время, противник, против ожидания, не атаковал, а около полудня поднялся сильный ветер с моря. Тогда левое крыло флота Антония двинулось вперед.

Замыслы Октавиана и Антония. Октавиан с борта флагманской триремы наблюдал за флотом противника и был удивлен тем, как неподвижно корабли Антония стоят в горле залива. Он решил, что те бросили якоря и, заподозрив какую-то хитрость, удерживал свою боевую линию примерно в восьми стадиях от противника. Когда корабли Антония пошли вперед, то, по словам Плутарха, "Цезарь обрадовался и приказал правому крылу дать задний ход, чтобы еще дальше выманить врага из залива, а потом окружить его и своими отлично снаряженными судами ударить по кораблям, которые делала неуклюжими и неповоротливыми чрезмерная тяжесть и недостача в гребцах".

Таким образом, Антоний рассчитывал навязать противнику бой в горловине залива, где тот не мог бы использовать свое численное превосходство, так что прорыв антонианцев мог стать реальностью. Октавиан, напротив, планировал выманить флот Антония в открытое море, чтобы окружить его с флангов. Поскольку Октавиан не желал вступать первым в бой, то Антонию оставалось либо вернуться в гавань (явно проигрышный вариант), либо принять бой на условиях противника, что и было сделано.

Бой. В открытом море у флота Октавиана появилась прекрасная возможность использовать численное превосходство и лучшую маневренность своих кораблей: их боевая линия оттянулась назад и, оказавшись на оперативном просторе, вошла в боевое соприкосновение с антонианцами. По описанию Плутарха, нашего главного источника, даже в ближнем бою "ни ударов тараном, ни пробоин не было, потому что грузные корабли Антония не могли набрать разгон, от которого главным образом и зависит сила тарана, а суда Цезаря не только избегали лобовых столкновений, страшась непробиваемой медной обшивки носа, но не решались бить и в борта, ибо таран разламывался в куски, натыкаясь на толстые четырехгранные балки корпуса, связанные железными скобами. Борьба походила на сухопутный бой или, говоря точнее, на бой у крепостных стен. Три, а не то и четыре судна разом налетали на один неприятельский корабль, и в дело шли осадные навесы, метательные копья, рогатины и зажигательные снаряды, а с кораблей Антония даже стреляли из катапульт, установленных в деревянных башнях".

Военный корабль Антония
Военный корабль Антония

Когда Агриппа начал окружать вражеские корабли, антонианский адмирал Попликола, предпринимая контрманевр, растянул свой боевой строй до образования в нем разрыва. Этим немедленно воспользовался для атаки Луций Аррунций, командующий левым крылом флота Октавиана. Сражение закипело на всем протяжении боевой линии обоих флотов, но в центре она оказалась разорванной. Из-за того, что положение антонианцев стало критическим, Антоний именно в этот момент подал условный сигнал – идти на прорыв. Но последовать этой команде могла только эскадра Клеопатры, которая находилась в резерве и сумела проскользнуть через брешь (или бреши) в боевых порядках сражающихся. Первые корабли Антония тоже смогли оторваться от противника и выйти в открытое море, подняв паруса. Антонию, правда, пришлось пересесть на другое судно: флагманский корабль являлся слишком приметной целью и в конце концов был захвачен противником.

План прорыва не удается. Но затем план прорыва начал рушиться на глазах. Остальные корабли первой линии должны были немедленно последовать за Антонием, но лишь немногие из них смогли прорваться – слишком велико было численное превосходство противника. Около 40 кораблей Антония погибло в бою, а остальные были отброшены назад в залив и блокированы там. Утром им пришлось сдаться.

Бегство Антония и Клеопатры. Уцелевшие корабли через три дня достигли мыса Тенар на Пелопоннесе. Тогда Антоний и Клеопатра, видимо, считали, что ими проиграно сражение, но не война. Однако спустя несколько дней пришло сообщение о капитуляции сухопутной армии, которая должна была, согласно приказу Антония, отступить в Македонию. Антонию и Клеопатре оставалось только бежать в Египет, где спустя почти год они и встретили смерть.

Значение битвы. Если оценивать значение битвы при Акции, то необходимо подчеркнуть, что Антоний проиграл ее задолго до начала. Понимая это, антонианцы решили прорваться на Восток и продолжить войну там. Замысел частично удался, но расчет на продолжение войны оказался глубоко ошибочным. Таким образом, сражение при Акции означало окончательный триумф партии Октавиана и банкротство политики Антония.

Итоги гражданской войны. В целом Вторая гражданская война в Риме с перерывами шла почти два десятилетия (49–30 гг. до н.э.), завершилась падением республиканского строя и установлением монархии, правда, в специфической римской форме принципата, когда сохранялись и продолжали функционировать все республиканские учреждения, а правитель, власть которого имела военный характер, носивший поэтому титул императора, по отношению к гражданскому населению считался принцепсом, т.е. первым среди равных ему по достоинству (подразумевались сенаторы).

 


► Читайте также другие темы части V "Сражения эпохи гражданских войн в Риме: I в. до н.э." раздела "Ближний Восток, Греция и Рим в древности":

 Перейти к оглавлению книги Сражения, изменившие ход истории: с древности до XV в.