В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Рыцарский роман: "Смерть Артура" Т. Мэлори

Рыцарский роман. Рыцарство как новый социально-культурный феномен сложилось в XI–XII веках и процветало до середины XVI века. В 1095 году папа Урбан II провозгласил первый крестовый поход для освобождения гроба Господня от неверных. В 1097 году крестоносцы взяли Иерусалим и учредили в Палестине государство крестоносцев. В эту эпоху религиозного воодушевления, в эпоху первых крестовых походов и возникли в Палестине первые духовно-рыцарские ордена: тамплиеров и госпитальеров (1119 г.), в 1198 году — Тевтонский орден в Германии. Одновременно с этими военно-религиозными организациями появляется светское рыцарство. Рыцарственность — это кодекс чести высшего сословия, ориентированного на военную профессию. Рыцарский культ военных добродетелей был необходим в эпоху войн, когда еще не было регулярных армий. Относительная слабость центральной королевской власти в период сложения национальных государств сказалась в рыцарском культе индивидуализма, в опоре только на свои силы. Христианские мотивы рыцарства объясняются тем, что рыцари были элитой общества, где христианство было основой социальной и религиозной жизни.

Так как в средние века понятие "государственная граница" было очень зыбким и несравненно менее важным, чем сейчас, рыцарство быстро распространилось со своей родины, Франции, по всей Европе и превратилось в интернациональную культуру со сложной светской этикой (куртуазный культ Прекрасной Дамы, верность сюзерену), собственной мифологией (легенды о поисках Грааля, о короле Артуре и рыцарях Круглого стола), со своей наукой геральдикой, со своими собственными ритуалами (обряд посвящения в рыцари, обязательное участие в турнирах).

В середине XII века на юге Франции, в Провансе, на родине куртуазной поэзии, была создана эпическая "Песнь о Гирарте", где дан следующий портрет идеального рыцаря:

Фолькон скакал в боевом строю в роскошной тонкой кольчуге верхом на прекрасно обученном коне, быстром, отважном, надежном. И вооружен он был тоже наилучшим образом… И король, увидев его, остановился, затем приблизился к графу Овернскому и молвил стоявшим с ним рядом французам: "Господа, посмотрите, вот наилучший рыцарь из всех, виденных вами когда-либо… Он храбр, учтив и умел, да к тому же знатен и из хорошего рода; кроме того, он красноречив, прекрасный охотник, в том числе и с ловчими птицами, умеет играть в шахматы и трик-трак, в кости и прочие азартные игры. И кошелек его всегда открыт для любого, и каждый может оттуда взять, сколько захочет… А сколько раз он, ни секунды не медля, совершал благородные подвиги! Он от всей души почитает Господа и Святую Троицу. И с того дня, как появился на свет, он ни разу не участвовал в суде неправедном, творившем беззакония, и ни разу не заявил без печали душевной, что ничего не может с этим поделать… И он, Фолькон, всегда любил добрых рыцарей, с почтением относился к бедным и менее знатным своим сотоварищам и каждого судил по его заслугам.

В XI–XII веках Европа оправлялась от хаоса периода великих завоеваний "темного времени", и в замках богатой южной французской провинции Лангедок зародилась особая куртуазная (придворная) культура, легшая в основу рыцарского эпоса. Это первое пробуждение личностного начала в средневековом сознании, момент зарождения индивидуальной любви, и провансальские поэты-трубадуры первыми в европейской лирике воспели любовь как величайшую силу человеческой жизни, нашли ее поэтическую формулу.

В XII веке вместе со становлением рыцарства возникает и новый эпический жанр рыцарской литературы — рыцарский роман. Сам термин "роман" появился в XII веке и первоначально обозначал стихотворный текст на живом романском языке, в отличие от текста на латыни. Роман возник на севере и в центральной части Франции, а также на территории Анжуйского герцогства, принадлежавшей английским Плантагенетам. Дворы королевских особ из этой династии были прославленными центрами рыцарской культуры, а сами они — прославленными рыцарями, такими, как Ричард Львиное Сердце.

Первые романы были, как уже сказано, стихотворными, их объем достигал пятидесяти тысяч строк. С середины XIII века стали появляться прозаические переработки основных сюжетов. Рыцарские романы представляют мир, неведомый историкам: в нем победы над злыми волшебниками и великанами одерживаются одной левой рукой; здесь над озерами воздвигаются невидимые мосты, по которым можно пройти к руке, держащей над водой волшебный меч, а реки иногда можно перейти лишь по лезвию меча; здесь в лесных скитах обитают мудрые отшельники; здесь странствующие рыцари галантно помогают прекрасным дамам в беде. То есть очевидно, что по материалу рыцарский роман решительно размежевался с героической эпопеей. Он относится к эпическим жанрам прежде всего потому, что сохраняет объемность повествования о прошлых событиях, но "эпичность" в смысле спокойствия, объективности, общественной значимости описываемых событий он утрачивает. На заре рыцарской эпохи в Западной Европе зарождается личностное самосознание, и в рыцарском романе молодой исключительный герой действует в совершенно исключительных обстоятельствах. Жанровое содержание рыцарского романа отражает и прославляет идеологию рыцарства. Это всегда увлекательное, авантюрное повествование о преданной любви молодых героев, об их испытаниях и приключениях, о воинских поединках и подвигах во славу отечества и церкви. Герой действует ради соответствия высшему идеалу рыцарской чести.

В зависимости от материала, рыцарские романы группируются в три цикла: античный, византийский и бретонский. Самый показательный — бретонский цикл, основанный на кельтских народных сказаниях. Кельтские сказания обладают такой же магической притягательной силой для современного человека, как и античная мифология. Кельты, прирожденные рассказчики, стоят у истоков национальных литератур многих стран Западной Европы.

В центре кельтского эпоса — полулегендарная фигура короля Артура. Скорее всего, реально существовал британский король Арториус, который на рубеже V–VI веков возглавил кельтов в борьбе против захватчиков англосаксов. Память о нем сохранилась в кельтском эпосе "Мабиногион" (Х в.), в свидетельствах средневековых хронистов, самым популярным из которых был валлийский монах Гальфрид Монмаутский, автор "Истории королей Британии" (около 1136 г.). Для бретонского цикла характерен сплав фантастики, эротики и куртуазной атрибутики, который ярко проявился в творчестве французского автора XII века Кретьена де Труа ("Эрек и Энида", "Ланселот, или Рыцарь телеги"). Кретьен в своих стихотворных романах обрабатывал отдельные эпизоды из артуровских легенд, а наиболее полный их свод и художественную обработку дал английский рыцарь сэр Томас Мэлори.

О нем известно немногое. Он родился, скорее всего, в начале XV века, был воином и искателем приключений, вступил в конфликт со своим королем и последние двадцать лет жизни провел в тюрьме. В заточении он перевел с французского на английский и при этом значительно переработал находившиеся в его распоряжении многочисленные французские книги о рыцарях Круглого Стола. Первоисточники, которыми пользовался Мэлори, сохранились, но сегодня они представляют интерес только для специалистов и вообще на традицию французской литературы повлияли незначительно, тогда как Мэлори удалось создать книгу, живую до сих пор и очень важную для традиции английской литературы. Труд Мэлори был завершен в 1469 или в 1470 году, а пятнадцать лет спустя, в июле 1485 года, английский первопечатник Уильям Кэкстон опубликовал его одной книгой — "Смерть Артура". Она и лежит в основе всей последующей артуровской традиции.

Мэлори объединил разрозненные предания в целостную историю, перенеся действие из "темного времени" в высокое средневековье. В отличие от петляющих, полных композиционных повторов французских источников, Мэлори создает сюжет последовательный и стройный, изложение ведется сжато и сочно, читатель переносится в волшебный мир, не имеющий ничего общего с миром реально-историческим.

Артур — сын короля Британии Утера Пендрагона, который влюбляется в жену герцога Корнуэльского — прекрасную Игрену — и проникает к ней в замок Тинтагель в ночь убийства герцога, с помощью волшебника Мерлина приняв обличье ее мужа. За эту услугу Мерлин выговаривает себе право воспитывать их будущего сына, и тайно передает младенца одному из баронов, в чьем доме вырастает Артур.

После смерти короля Утера Артур положил конец междоусобицам, сумев извлечь из камня меч, чем подтвердил пророчества и свои права на престол. Начинаются долгие славные годы его правления: женитьба на прекрасной Гвиневре, за которой он берет в приданое Круглый Стол и устанавливает его в своем замке Камелот. Камелот — центр и образец идеала рыцарства, Круглый Стол наглядно воплощает идею равенства, братского духа рыцарства. Вокруг Артура собираются благородные рыцари Круглого Стола. Самые славные из них — сэр Ланселот Озерный, племянники Артура сэр Гэвейн и сэр Гэрет, его названный брат сэр Кей, сэр Бедивер. Позже к ним примыкает сын и одновременно племянник Артура (поскольку он сын короля и его сестры) Мордред, — и в этом грехе славного правителя заложено зерно его гибели.

Ланселот верно служит своей даме сердца, королеве Гвиневре. Агравейн и Мордред обвиняют их перед лицом Артура в измене, из-за чего вспыхивает война между рыцарями Круглого Стола: часть из них становится на сторону Артура, часть защищает Ланселота. Во время осады замка Ланселота во Франции Артур узнает, что Мордред, оставленный управлять Британией, поднял против него мятеж и собирается жениться на королеве. Артур возвращается и вступает в поединок с Мордредом, в котором гибнут оба, отец и сын. Корабль с тремя скорбящими королевами увозит умирающего Артура на остров мертвых Авалон.

Артуровский цикл утверждает идеальный мир с идеальным правителем во главе, воспевает доблестных героев, которые наперекор судьбе защищают добро и справедливость. Артур-правитель устанавливает порядок в Британии и неустанно воюет, поддерживая его. Он сам воплощение духа рыцарства и окружает себя цветом рыцарства. Характерно, что, узнав об измене Гвиневры, он говорит: " Я больше горюю о моих добрых рыцарях, чем о моей доброй королеве, потому что у меня может быть новая королева, а такого содружества доблестных рыцарей не будет уже никогда".

Король Артур узнает, что власть приносит не только свободу, но и ответственность, не только привилегии, но и необходимость жертвовать собой.

В образе Артура у Мэлори критика находит слияние трех типов источников:

  1. Кельтская мифология и народные предания Уэльса. Выдвигались предположения о происхождении образа Артура от общекельтского божества плодородия по имени Artor. Волшебные элементы его истории — самый древний пласт образа.
  2. Первые письменные упоминания об Артуре содержатся в латинских хрониках средневековых британских историков, из прочих персонажей они упоминают только Мордреда. Здесь Артур – военный вождь одного из британских племен, возглавивший сопротивление захватчикам англосаксам. К этому кругу источников восходит представление об Артуре как о великом воине и государе.
  3. Средневековые французские романы, основанные на устной кельтской традиции. Здесь впервые появляются Камелот, Круглый Стол, меч Калибурн (или Экскалибур), поиски священного Грааля. Самостоятельную роль начинают играть Гвиневра и Ланселот, определенней вырисовываются характеры остальных рыцарей Круглого Стола.

Король Артур у Мэлори поставлен в один ряд с такими идеальными в представлениях средневековья правителями, как Карл Великий и Александр Македонский. Изображение Камелота отвечает извечной человеческой потребности идеализировать прошлое, создавать утопию золотого века, и в конце ХV столетия, на закате рыцарской эпохи, Мэлори создал братство Круглого Стола как воплощение золотого века рыцарства.

Крупнейший исследователь артурианы, английский ученый Ю. Винавер писал: "Мэлори изобразил в Артуре самый совершенный и достойный образец рыцарства, основоположника его славных традиций. Под водительством Артура рыцарство превратилось в практику, следование которой делает ее приверженцев неуязвимыми для врагов. Помимо техники боя, понятие "рыцарство" включало в себя хорошее воспитание, доброту, верность и честь — эти качества создают, как показывает пример Артура, совершенного рыцаря, который готов к любым жертвам и осознает важность своей миссии".

Но, помимо захватывающих подвигов на поле боя и во имя отыскания Святого Грааля, в "Смерти Артура" углубляются психологические мотивировки взаимоотношений персонажей. Несмотря на всю куртуазность идеальных рыцарей, обрисовка женских образов в романе не дает оснований усмотреть в Гвиневре, Моргане, Даме Озера черт, восходящих к средневековому культу Девы Марии, а именно в культе Богородицы лежит начало культа Прекрасной Дамы. У Мэлори ярче выражен другой, значительно более старый литературный мотив (вспомним Одиссея в плену у Цирцеи и Калипсо) — мотив разрушительной силы женских чар. Ведь в конечном счете именно неверность Гвиневры становится причиной гибели могущественной державы Артура, и с ней связан трагический конфликт романа, обеспечивающий современность его звучания, — конфликт между идеалом рыцарской мужской дружбы Артура и Ланселота и идеалом куртуазной любви Ланселота и Гвиневры.

Роман Мэлори обладает настолько яркими характерами, увлекательным сюжетом, обаянием рассказа, что как бы на второй план отходит его жанровая принадлежность. Из всех рыцарских романов это единственный, не утративший популярности и по сей день, тогда как большинство из них уже в средневековье воспринимались как пустые сказки, а к исходу XVI века мода на рыцарские романы стала общественно опасной, как показывает великая пародия на рыцарский роман — "Дон Кихот" М. Сервантеса.

По мере утверждения артиллерии в качестве решающей военной силы, по мере возникновения регулярных войск рыцарство превращалось в офицерство, угасала притягательность образцов, предлагаемых рыцарским романом, но рыцарский кодекс чести наложил сильнейший отпечаток на этику позднейшей аристократии. Артуровская тема не исчезала ни в один из периодов развития английской литературы, и подлинный взрыв интереса к сюжетам и образам артуровского цикла произошел в ХХ веке. Из более чем двухсот романов об Артуре самые известные — роман американца Т. Х. Уайта "Король былого и грядущего" и трилогия об Артуре и Мерлине англичанки М. Стюарт. Кроме того, существует около сорока экранизаций артуровского цикла, лучшая из которых пока — "Экскалибур" (1981 г.) американского режиссера Дж. Бурмана. Даже в "Звездных войнах" Люк Скайуокер и Оби Ван Кеноби восходят к Ланселоту и Мерлину, этим архетипам странствующего рыцаря и могучего волшебника. По количеству вдохновленных ею произведений искусства артуровская традиция уступает разве что библейской.

Рыцарский роман создавал мифологию рыцарства, прославлял его ценности и образ жизни, то есть наследовал функции героического эпоса при всех очевидных отличиях в материале. На переходе от феодализма к Возрождению возникает следующий, менее монументальный эпический жанр — новелла.

 


Читайте также другие темы главы "Средневековая литература":

 Перейти к оглавлению книги "Зарубежная литература"