В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Анализ главы «Счастливые»

В главе «Счастливые» на пути у мужиков появится толпа мужиков и баб. Многие из встретившихся крестьян объявляют себя «счастливыми», но не с каждым соглашаются мужики. Исследователи поэмы «Кому на Руси жить хорошо» отметили важную особенность в этом перечне «счастливых» – в целом они представляют разные мужицкие «профессии», их рассказы открывают «почти все стороны жизни трудовых масс: здесь и солдат, и каменотес, и рабочий, и крестьянин-белорус и т.д.». В этом эпизоде странники уже сами выступают в роли судей: не их нужно убеждать, кто счастлив, а кто нет, – они решают этот вопрос самостоятельно. И потому они посмеялись над «дьячком уволенным», уверявшим, что счастье – «в благодушестве», в приятии малой радости; посмеялись над бабой старой, «счастливой» тем, что «у нее по осени / Родилось реп до тысячи / На небольшой гряде». Пожалели старого солдата, считающего счастьем, что он «смерти не дался», побывав в двадцати сражениях. Уважили могучего каменотеса, убежденного в том, что счастье – в силушке, да все же не согласились с ним: «<...> а не будет ли / Носиться с этим счастием / Под старость тяжело?..» Не случайно сразу же следует и рассказ мужика-богатыря, потерявшего и свою силу, и здоровье на тяжелой работе и вернувшегося на родину умирать. Сила, молодость и здоровье – ненадежные основания для счастья. Не приняли некрасовские крестьяне и «счастье» охотника на медведей, радующегося, что он не погиб, а всего лишь ранен в схватке со зверем, не признают счастье белоруса, вдоволь получавшего «хлебушка». С позором прогнали они лакея князя Переметьева, видевшего счастье в своем лакействе. Но счастье Ермилы Гирина и им, и многим свидетелям этих бесед кажется весьма оправданным. 

История Ермилы Гирина не случайно занимает центральное место в главе. Его история и поучительна, и действительно заставляет поверить в то, что мужик может быть счастливым. В чем счастье Ермилы Гирина? Родом из мужиков, он умом и трудом заработал деньги, сначала держал «сиротскую мельницу», потом, когда ее решили продать, – задумал купить. Обманутый подъячими, Ермил не привез деньги на торг, да выручили мужики, знавшие честность Гирина: по копеечке собрали «мирскую казну». «Мир» доказал свою силу, свою способность противостоять неправде. Но «мир» помог Гирину потому, что всем была известна его жизнь. И другие истории из жизни Ермила Ильича подтверждают его доброту и порядочность. Единожды согрешивший, отправивший вместо родного брата в солдаты сына вдовы, Ермил покаялся перед народом, готовый принять любое наказание, любой позор:

Пришел и сам Ермил Ильич,
Босой, худой, с колодками,
С веревкой на руках,
Пришел, сказал: «Была пора,
Судил я вас по совести,
Теперь я сам грешнее вас:
Судите вы меня!»
И в ноги поклонился нам,
Ни дать, ни взять юродивый <...> 

Путешествие мужиков могло бы завершиться встречей с Ермилом Гириным. Его жизнь отвечает народному пониманию счастья и включает в себя: спокойствие, богатство, почет, добытый честностью и добротой:

Да! был мужик единственный!
Имел он все, что надобно
Для счастья: и спокойствие,
И деньги, и почет,
Почет завидный, истинный,
Не купленный ни деньгами,
Ни страхом: строгой правдою,
Умом и добротой!

Но Некрасов не случайно заканчивает главу рассказом о несчастье счастливого Гирина. «Если бы Некрасов, – справедливо полагает Б.Я. Бухштаб, – хотел признать счастливым человека типа Гирина, он мог бы не вводить тюремной ситуации. Конечно, Некрасов хочет этим эпизодом показать, что счастью на Руси препятствует угнетение народа, так или иначе лишающее счастья сочувствующих народу людей <...>. Счастье купца, нажившего – пусть и законным путем – изрядный капитал, пусть и порядочного, доброго человека – это не то счастье, которое могло разрешить спор странников, потому что это счастье не в том понимании, какое хочет внушить читателю поэт». Можно предположить и еще одно основание для такого финала главы: Некрасов хотел показать недостаточность всех этих слагаемых для счастья. Счастье одного человека, особенно честного, невозможно на фоне всеобщего несчастия.

 


 Другие статьи, посвященные анализу поэмы «Кому на Руси жить хорошо»:

 Перейти к оглавлению книги Русская поэзия XIX века