В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

«Железная дорога». Анализ

Противоречивыми – и трагическими, и исполненными веры раздумьями о судьбе русского народа и его будущем наполнена и поэма Некрасова «Железная дорога». Она имеет сложную композицию: рассказ о строительстве железной дороги предваряет эпиграф, отражающий не суть авторской позиции, а ту точку зрения, с которой и спорит автор своей поэмой. Эпиграф передает разговор отца и сына. На вопрос ребенка, кто построил железную дорогу, отец-генерал отвечает: «Граф Клейнмихель».

Рассказчик не сразу включается в спор, точнее, заметим, что как такового спора в поэме нет: есть две несовпадающие точки зрения – рассказчика и генерала, но рассказчик не стремится доказать свою правоту генералу. Его рассказ, его слова обращены к мальчику, ребенку. Но начинается рассказ не сразу. Первая главка поэмы – описание «славной осени». Природа, описанная здесь, лишена ярких красок или роскошной красоты. Это – обычный для средней полосы России неброский осенний пейзаж, в сущности, совершенно непоэтичный: кочки и болота, красоту и поэзию которым может придать только «сияние лунное». Описывая эту неброскую природу, автор стремится подчеркнуть не невидимую обычному взгляду красоту, а свойственное ей ощущение покоя. Природа умиротворяет и человека: не вдохновенные гимны красоте мира вызывает она, а гораздо более прозаическое желание – отдохнуть душой и телом, выспаться:

Около леса, как в мягкой постели,
Выспаться можно – покой и простор!

«Нет безобразья в природе!», «Славная осень!» – эти слова передают пафос первой части. Но лунный свет, заливающий Россию, открывает и иную жизнь – человеческую. Сном-видением предстают перед рассказчиком и его маленьким слушателем тысячи погибших строителей дороги, «толпа мертвецов», страшный хор, пропевший о труде и гибели. Местоимение «мы» еще более подчеркивает всеобщность безысходных судеб:

Мы надрывались под зноем, под холодом,
С вечно согнутой спиной,
Жили в землянках, боролися с голодом,
Мерзли и мокли, болели цынгой.
Грабили нас грамотеи-десятники,
Секло начальство, давила нужда...
Все претерпели мы, божии ратники,
Мирные дети труда!.. 

В хор погибших строителей включается голос рассказчика, проводящего маленького Ваню по всем кругах ада. В своем «показе» строительства дороги рассказчик подчеркивает трагическую сторону строительства дороги. Пафос рассказа – судьба истинных строителей, вызвавших к жизни «дебри бесплодные» и обретших «гроб себе». Но цель рассказчика – не только «показать при лунном сиянии правду»: он выступает и как учитель жизни, внушающий мальчику необходимые ему для жизни истины, прежде всего, мысль о человеческом братстве:

Не ужасайся их пения дикого!
С Волхова, с матушки Волги, с Оки
С разных концов государства великого –
Это все братья твои – мужики!

Исследователи обратили внимание на то, как тщательно отбирал Некрасов географические названия, стремясь в этом перечне представить всю Россию, весь русский народ назвать строителем этой железной дороги. Не случайно не дается и конкретное название дороги – рассказ получает широкое обобщение. Но повествователь не только стремится вызвать в душе генеральского сына сочувствие к крестьянской доле – в маленьком Ване он видит человека, от которого тоже зависит будущее страны. Поэтому в его обращении – и добрый совет: «Эту привычку к труду благородную / Нам бы не худо с тобой перенять», и слова-размышления о будущем России, внушающие мальчику веру в лучшее будущее страны: 

Да не робей за отчизну любезную…
Вынес достаточно русский народ,
Вынес и эту дорогу железную –
Вынесет все, что Господь ни пошлет!

Вынесет все – и широкую, ясную
Грудью дорогу проложит себе.
Жаль только – жить в эту пору прекрасную
Уж не придется – ни мне, ни тебе. 

Характерно акцентирование в этих строфах слова «вынес», «вынесет». Оно имеет переносный смысл – «вытерпел». Но автор не случайно избегает слова «вытерпел». Именно «вынес» – как богатырь на своих плечах, вынес всю тяжесть жизни и труда. Образ народа-богатыря, строителя, созидателя, «Божьего ратника» возникает и в словах: «Вынесет все – и широкую, ясную грудью дорогу проложит себе». Слово «дорога» в этих двух строфах имеет и прямое, и переносное значение, выступая метафорой жизни. Дорога железная и дорога-жизнь соотнесены автором. Железная дорога осмысляется и как этап жизни русского народа, и как символ его жизни, нынешней и будущей. Говоря о том, что народ «проложит» себе дорогу-жизнь, автор, несомненно, хочет подчеркнуть трудность и трагизм этого великого дела, которое потребует немало новых жертв – жизней. Кроме того, проложить дорогу можно только в нехоженых местах, на новом месте. Тем самым автор указывает и на то, что созидание новой жизни – это и великий труд, и поиск новых путей, отказ от привычной жизни. И на этот богатырский подвиг есть у народа силы. Но автор не спешит с оптимистическими утверждениями: счастье, по его мнению, не увидит даже юное поколение. И последняя, завершающая главка, вполне объясняет неверие автора в возможность быстрых перемен: не одно поколение пройдет, прежде чем народ избавится от терпеливой покорности. 

Важно отметить, что рассказанная история строительства железной дороги предстает как один из эпизодов жизни не только России, но и всего человечества. Те законы, которые определяют жизнь русских бедняков, – осмысляются как вековечные законы человечества. Не случайно «показ» правды о строительстве дороги начинается с вступления-обобщения:

В мире есть царь: этот царь беспощаден,
Голод названье ему.

Водит он армии; в море судами
Правит; в артели сгоняет людей,
Ходит за плугом, стоит за плечами
Каменотесцев, ткачей.

Широкое обобщение возникает и далее в поэме. Отрицая право бедняков называться «строителями» Ватикана и Колизея, собора святого Стефана, генерал, в сущности, выражает позицию бесчисленных единомышленников – живущих во всех уголках мира и во все эпохи. Мысль о великой несправедливости – о забвении истинных созидателей, творцов ценностей во многом определяет замысел поэмы.

Рассказывая историю строительства железной дороги, автор не только восстанавливает справедливость. Финальная главка поэмы вносит еще одну драматическую ноту: истинные строители и сами не понимают великую ценность своего труда. Последняя часть поэмы, рисующая «отрадную картину» – прощение строителей, «задолжавших» лабазнику, и их награждение бочкой вина, – еще более усиливает трагизм нарисованной картины. Сколько горькой правды в описании мужиков, узнавших, что они не только ничего не получат за свой труд, но даже остались должны: «Может, и есть тут теперича лишку, / Да вот поди ты!..» – махнули рукой». Синекдоха, передающая единство слов и жестов, подчеркивает единство характеров и судеб. Нажившийся на строительстве лабазник да впрягшиеся вместо лошади в повозку купчины мужики, везущие «благодетеля», простившего «недоимку» и подарившего вина, – поистине страшный символ России. Голод-царь, бесконечное терпение и беззащитность народа, его неумение отстоять свои права – все это не позволяет автору рисовать подлинно отрадные картины или мечтать о скором изменении народной судьбы.

 


 Читайте также другие статьи о жизни и творчестве Н.А. Некрасова:

 Перейти к оглавлению книги Русская поэзия XIX века