В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Поэт и поэзия

Известен афоризм Жуковского: «Дела поэта – слова его». Поэзия должна иметь влияние на душу всего народа. Жуковский придает большую важность содержанию, цели искусства. Задачи литературы – это прежде всего задачи нравственного порядка.

Ранний лирический герой Жуковского – сентиментальный юноша, поэт, страдающий от несчастной любви, оплакивающий свои ушедшие года, предвидящий свою раннюю смерть:

Он сердцем прост, он нежен был душою –
Но в мире он минутный странник был;
Едва расцвел – и жизнь уж разлюбил
И ждал конца с волненьем и тоскою;
И рано встретил он конец,
Заснул желанным сном могилы…
Твой век был миг, но миг унылый,
Бедный певец!
Он дружбу пел, дав другу нежну руку, –
Но верный друг во цвете лет угас;
Он пел любовь – но был печален глас;
Увы! Он знал любви одну лишь муку;
Теперь всему, всему конец;
Твоя душа покой вкусила;
Ты спишь, тиха твоя могила,
Бедный певец!

«Певец», 1811

Поэтические клише из этого стихотворения Жуковского прочно войдут в «унылую» элегию 1810–1820 гг. (хотя за словами поэта и подлинная трагедия – потеря близкого друга, Андрея Тургенева, и несчастная драматическая любовь).

Поэт Жуковского – задумчив, грустен, меланхоличен. Эти его «черты характера» определялись как особенностями поэтического жанра (элегия), так и нарочитым «трагизмом» его судьбы – неразделенная или несчастная любовь, предвидение близкой смерти. Образ поэта достаточно условен, лишен психологической характеристики.

С годами образ певца усложняется. Это не идеализированный «пиит», а уже конкретный человек, стремящийся выразить то, что им выстрадано, свои переживания и муки.

В лирике Жуковского творчество, поэтическое вдохновение – такое же своеобразное проявление «жизни души» поэта, как и его любовь, воспоминания, боль, страдания – все они как бы части единого целого. Вдохновение – высокая духовная потребность. Творчество – это благословенный, «славный» труд, доставляющий поэту духовную радость и истинное блаженство; «друг верный, труд неутомимый» – так скажет сам поэт в стихотворении «Мечта» (1812). А в послании «К кн. Вяземскому и В.Л. Пушкину» (1814) напишет:

Хвала воспламеняет жар;
Но нам не в ней искать блаженства –
В труде… О благотворный труд,
Души печальныя целитель
И счастия животворитель!

Труд несет и высшую награду, причем истинную, как ее понимает сам поэт. Настоящий творец (в данном стихотворении Н.М. Карамзин):

…о славе забывает
В минуту славного труда;
Он беззаботно ждет суда
От современников правдивых,
Не замечая и лица 
Завистников несправедливых.
Поэт, а не толпа, не ее «ничтожный суд» – вот кто высший судия. 

Благодаря поэзии Жуковского тема поэт – толпа (как вечные антагонисты) широко входит в русскую поэзию (хотя и не Жуковский первым обратился к этой проблеме). Жуковский тщательно разрабатывает круг образов и мотивов, неразрывно связанных с темой одиночества поэта и темой «света», с его гибельными для истинного художника хвалами:

Страшись к той славе прикоснуться,
Которую прельщает Свет –
Обвитый розами скелет;
Любуйся издали, поэт,
Чтобы вблизи не ужаснуться.

Свет – «завистник гения и славы», у толпы «глухая и вялая душа», поэзия же – «Фебов дар священный», «вдохновение муз», и более того – «поэзия есть добродетель».

…счастлив, кто поэт;
Его блаженство прямо с неба;
Он им не делится с толпой:
Его судьи лишь чада Феба;
Ему ли с пламенной душой
Плоды святого вдохновенья
К ногам холодным повергать
И на коленях ожидать 
Он недостойных одобренья?

«Пламенная душа поэта», его дар – «дар небес» не могут быть поняты «холодным» светом; и это вечное и неразрешимое противопоставление «в пыли таящихся душ» вдохновенному поэту будет в дальнейшем развиваться в творчестве всех русских поэтов:

Подале от толпы судей!
Пока мы не смешались с ней…

Поэт – душевно одинок. Он подобен Мемному – статуе, «пробуждающейся с первыми лучами солнца». Главное для поэта – его высокое предназначенье («славный труд»). Изначально он выше толпы. Поэтому поэт Жуковского не тяготится ни одиночеством, ни непониманием современников (что было свойственно и «поэту» Пушкина и Кюхельбекера). Ему не страшны ложь, злоба, клевета:

…не подвластный року
И находя в себе самом 
Покой, и честь, и наслажденья,
Муж праведный прямым путем
Идет…

Нет! в лучший мир он переносит
Надежды лучшие свои.
Так и поэт…

Поэт не просто независим, ибо он творит для тех, кого любит («для сердца верного друзей»). И по достоинству его могут оценить лишь немногие – истинные друзья и «избранные судия» («их приговор зерцало нам; их одобренье нам награда»).

Творчество настоящего поэта переживет и самого поэта и его завистников (чья «злоба – им одно страданье»).

Твори, будь тверд; их зданья ломки;
А за тебя дадут ответ
Необольстимые потомки.

Но поэт должен уметь отличать друзей от завистников (это слово трижды встречается в послании). Говоря о трагической судьбе драматурга Озерова, Жуковский скажет:

…растерзали
Их иглы славное чело –
Простым сердцам смертельно зло:
Певец угаснул от печали.
И эти гневные слова, страстное негодованье предвосхитят лермонтовские строки («На смерть поэта»):
И прежний сняв венок – они венец терновый,
Увитый лаврами, надели на него;
Но иглы тайные сурово
Язвили славное чело.

Цель поэта – «говорить сердцам» и пробуждать в душах ответный пламень. Поэзия – средство воспитания высших моральных ценностей. Сравнивая мифического певца Амфиона (чья игра на лире оживляла камни) с ролью нынешних поэтов, Жуковский скажет:

О Амфион! Благоговею!
Но, признаюсь, не сожалею,

 Что дар твой: говорить стенам,
В наследство не достался нам.
Славнее говорить сердцам
И пробуждать в них чувства пламень,
Чем оживлять бездушный камень
И зданья лирой громоздить.

 «Послание П.А. Вяземскому», 1814

Вскоре Жуковский пишет П.А. Вяземскому новое послание. Для любого поэта превыше всего гражданский долг. Поэт – прежде всего, учитель; поэзия – воспитание народа. Велики предназначение и ответственность истинного Поэта и перед нынешним и перед будущим поколениями – и в этом сокровенная мысль Жуковского:

Надежда сердцем жить в веках,
Надежда сладкая – она не заблужденье;
Пускай покроет лиру прах –
В сем прахе не умолкнет пенье
Душой бессмертной, полной струн!
Наш гений будет, вечно юн,
Неутомимыми крылами
Парить над дряхлыми племен и царств гробами;
И будет пламень, в нас горевший, согревать
Жар славы, благости и смелых помышлений
В сердцах грядущих поколений;
Сих уз ни Крон, ни смерть не властны разорвать!

Поэзия – высокая сфера правды, добра и красоты… «Но что же поэзия, как не чистая высшая награда?» – пишет Жуковский Вяземскому.

…поэзия небесной
Религии сестра земная; светлый
Маяк, самим Создателем зажженный,
Чтоб мы во тьме житейских бурь не сбились
С пути. Поэт, на пламени его
Свой факел зажигай!
…Будь творец! Душою не дремли!
Поэзия есть бог в святых мечтах земли.

«Камоэнс», 1839

Поэзия божественна, она – сокровищница человеческого духа, в ней выражается божественная природа человеческой души. Но своей поэзией Жуковский стремился показать не просто красоту видимых явлений, а вызываемые ими неуловимые переживания. «Поэзия – религии небесной сестра земная» – это своеобразная поэтическая метафора, говорящая лучше всего о том, чем была для Жуковского настоящая поэзия и чему он посвятил все свое творчество.

 


 Читайте также другие статьи о жизни и творчестве В.А. Жуковского:

 Перейти к оглавлению книги Русская поэзия XIX века