В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: (845-3) 76-35-48
(845-3) 76-35-49

Лирический герой Есенина как выражение русской национальной психологии

Термин "лирический герой" введен Ю.Н. Тыняновым в 1921 году1, и под ним понимается психологически, биографически очерченный носитель переживания, выраженного в лирике: "Лирический герой – художественный “двойник” автора-поэта, вырастающий из текста лирических композиций (цикл, книга стихов, лирическая поэма, вся совокупность лирики) как четко очерченная фигура или жизненная роль, как лицо, наделенное определенностью, индивидуальностью судьбы, психологической отчетливостью внутреннего мира"2.

Лирическая система Сергея Александровича Есенина скрепляется образом лирического героя. Этот образ чрезвычайно эмоционален, противоречив, ему свойственны и тончайшие, нежнейшие движения души, и в то же время слава скандалиста и хулигана его, как известно, не обошла. При этом мы твердо уверены, что лирический герой и автор – это одно и то же лицо, или, по крайней мере, лирический герой Есенина близок самому автору. И не без оснований. В творчестве Есенина, как и многих других поэтов, лирический герой не просто связан тесными узами с автором, его мироотношением, духовно-биографическим опытом, манерой речевого поведения, но оказывается очень часто от него неотличимым. Это качество является родовой особенностью лирики: лирика в основном автопсихологична.

К лирическому герою Есенина это относится в полной мере. "Судьба" лирического героя Есенина стала отражением судеб, мыслей, чувств, настроений, ожиданий многих и многих его современников. И не только современников. Есенин, несмотря на кажущуюся внешнюю простоту и доступность, наверное, один из самых сложных русских поэтов ХХ века. Может быть, потому, что он один из самых "русских" поэтов, глубоко укорененных в национальной русской психологии. И именно ныне, когда творчество Есенина рассматривается в широком философском, психологическом контексте, приходит понимание особенностей его поэзии, специфики его лирического героя: "Несомненно, что Есенин – не просто крестьянский поэт, но и поэт национально-космического уровня, ибо подтекст и дух его поэзии ведет в изначальный космос русской души", – Ю. Мамлеев3.

Поэзия Есенина – одна из самых автобиографичных и автопсихологичных в русской литературе, практически все стихотворения поэта пронизаны автобиографическими мотивами. Есенин говорил: "Что касается “автобиографических сведений”, – они в моих стихах". Этот герой родился и вырос в деревне, в мире природы, и потому ему дорого все природное. Затем он отрывается от своей "малой родины", уходит в город, который оказывается для него "чужим миром". Тускнеет яркий и многоцветный мир поэзии Есенина: "Тех волос золотое сено // Превращается в серый цвет..." ("Я усталым таким еще не был"). Характерно, что в поэзии Есенина почти нет городских пейзажей. В городе Поэт не находит себе места, мечтает, как блудный сын, возвратиться: "Я вернусь, когда раскинет ветви // По-весеннему наш белый сад" ("Письмо матери"), – вылечить душу слиянием с природой. Но и деревня изменилась, стала другой. А когда он пытается измениться сам, приспособиться к жизни в большом и чужом для него мире, то становится смешным, ненужным и в конце концов погибает, пережив кризис веры.

"Трудно найти во всей русской поэзии пример такой погруженности в себя, сосредоточенности лирического поэта на своем внутреннем мире. В этом и великое достоинство Есенина-лирика и источник его слабостей и страданий"4. Великое достоинство, потому что душа, судьба каждого человека не менее важна и поучительна, чем судьба целого государства. Источник слабостей и страданий, потому что чувства и переживания героя гипертрофируются, как бы изолируются от мира, и поведенческие реакции во многом перестают быть адекватными. Как следствие, героем овла- девает тревога, меланхолия, чреватые психологическим срывом.

Все есенинское творчество представляет собой как бы лирической автобиографический роман, героем которого является образ Поэта – поэта мира древнего, "деревянного", деревенского. Трагедия Есенина – это трагедия русского человека, вобравшего в себя и поэтически выразившего народные представления об идеальной стране мужицкого счастья – "Инонии". Когда же утопический характер этой мечты обнажился, наступил кризис веры, жить дальше стало бессмысленно. Автобиографизм и автопсихологизм лирического героя поэзии Есенина, в частности, позволяет расценивать в качестве "аргументов" в решении спора об убийстве или самоубийстве поэта поэтические произведения самого Есенина. А в стихах его мотив смерти звучит постоянно, и он усиливается по мере приближения поэта к трагическому финалу его жизни. Само слово "смерть" встречается в его поэзии около 400 раз. Можно утверждать, что Есенин предвидел свою "черную гибель" (как и М.Ю. Лермонтов). И можно также утверждать, что источник драмы лирического героя лежит не в сфере социальной и идеологической, а в сфере психологической, "мифотворческой", том идеальном для Есенина образе России, который не выдержал испытания действительностью.

Автобиографизм лирики Есенина – особого рода. Поэзия Есенина исповедальная, обнаженная (совершенно русский феномен); Есенин "всю душу выплескивал в слова", стремясь излечить страдающую душу мучительным самоанализом и глубокой искренностью: "От сонма чувств // Вскружилась голова. // И я сказал: // Коль этот зуд проснулся, // Всю душу выплещу в слова" ("Мой путь"). Есенин укрепил в литературе "эпистолярный" жанр – жанр лирического письма: "Письмо матери", "Письмо к женщине", "Письмо деду", "Письмо от матери", "Письмо к сестре"... В целом, названий стихов, в которых присутствовало бы слово "письмо", у Есенина не так уж много. Однако все его стихи – это своеобразное "послание от Есенина", настолько они доверительны, интимны, личностны и в то же время общечеловечны. Есенину требовалось быть услышанным, понятым, прочувствованным. Без этого общение, творчество для него лишались смысла. Это проявилось и на уровне биографии, общения с другими людьми, даже с близкими. Г. Иванов приводит слова Есенина о его жене Айседоре Дункан: "Злит она меня. Замечательная, знаменитость, умница, а недостает чего-то, самого главного. Того, что мы, русские, душой зовем"6.

Именно фантастическая искренность, обнаженность чувств свойственны всей русской литературе, Достоевскому и Есенину в особенности. Казалось бы, это чисто психологическая черта, но на самом деле она имеет явно онтологический, бытийный смысл, ибо такая "искренность", "обнаженность" устанавливает глубинно-реальный контакт между микрокосмами каждой из индивидуальных русских душ, а также между книгой, ее образами и подтекстом, и читателями. "Искренность, обнаженность присутствуют и во всемирно известном феномене русского общения – без них это общение потеряло бы свой смысл, превратилось бы в банальное и ординарное общение, характерное для современного постиндустриального общества"7.

Лирический герой Есенина отличается противоречивостью и стихийностью в проявлении чувств. Он и в других возбуждал противоречивые чувства, и сам был раздираем противоречивыми страстями. Есенин – поэт безоглядности и удали, бескомпромиссности и максимализма: "Здравствуй, ты, моя черная гибель, я навстречу тебе выхожу!" Для него характерны крайности, неостуженность суждений, оценок и образов. Если тоска, то "разгульная", если чувства, то "буйные", сердце – "сумасшедшее". Поэт говорит о своей душе как о "поле безбрежном": "Несказанное, синее, нежное..." Широта натуры Есенина, предельная открытость перед людьми, щедрость, с какой он расточал себя, разбрасывая пригоршнями сокровища своей души, ставили его в положение полной незащищенности. Выплескивая всю душу в слова, обнажая свое кровоточащее сердце, поэт словно исповедуется от стиха к стиху. В лирической исповеди он очищается и очищает своих читателей. Эта искренность и нежность, противоречивость и неустойчивость, ранимость лирического героя вызывает особое чувство сопричастности его судьбе у русского читателя. Глубочайший душевный кризис Есенин лечил стихами. Лирика поэта последних трех-четырех лет жизни являет собой пример колоссальных творческих усилий, трагических по своей природе, направленных на преодоление духовной драмы.

Чувства лирического героя Есенина часто полярны, в душе героя борются противоречивые начала, середины нет, есть крайности:

	Пускай бываю иногда я пьяным,
	Зато в глазах моих прозрений дивный свет.

Эти бесконечные противоречия отражают противоречивую суть русского характера: "Для русских характерно совмещение... полярно противоположных начал. Россию и русский народ можно характеризовать только противоречиями. Русский народ с одинаковым основанием можно характеризовать как народ... жестокий и необычайно человечный, склонный причинять страдания и до болезненности сострадательный"8 (Бердяев Н.А.). Именно таким образом и можно было высветить беспамятство и прозрение русского человека, особую (с крайностями) гармонию русской души и русского уклада жизни.

Показательно, что Есенин и историю понимает как производную действий стихийных сил. Это ему принадлежит знаменитая формула исторической стихии-революции:

	Было время безумных действий,
	Время действий стихийных сил!

Ощущая стихийность, завораживающее влияние есенинской поэзии, критики и литературоведы прибегают к оригинальным, соответствующим поэтике Есенина определениям. Например, Ю. Мамлеев определяет поэзию Есенина "как неуловимое нежное движение ножа по собственному сердцу, вызывающее лишь вихрь неуправляемых эмоций, которыми можно упиваться, но которые так и не дают ответа на вопросы “кто мы” и “что такое Россия?”"9.

Бывает, что незначительный, на первый взгляд, эпизод высвечивает в человеке очень многое. К таким эпизодам относится первая встреча Есенина с Айседорой Дункан. По свидетельству очевидцев, знакомство их было драматичным. После своего танцевального вечера в Москве взвинченная успехом Айседора обратила внимание на Есенина, "подошла и поцеловала его в губы. Но Есенина, уже успевшего напиться, поцелуй Айседоры привел в ярость. Он оттолкнул ее: “Оставь, стерва!” Не понимая, она поцеловала Есенина еще крепче. Тогда он, размахнувшись, дал мировой знаменитости звонкую пощечину... Сразу протрезвившийся Есенин бросился целовать ей руки, утешать, просить прощения. Так началась их любовь. Айседора простила. Бриллиантом кольца она тут же на оконном стекле выцарапала: “Esenin is a huligan, Esenin is an angel!” (“Есенин – хулиган, Есенин – ангел!”)"10. Эта фраза стала в определенном смысле исторической и симптоматичной для Есенина. Эпизод высветил в характере Есенина то, что вообще отличает русского человека.

Отличительной чертой мировосприятия, поэтического мышления Есенина была соприродность его поэтического творчества. В мире природы, природных образов растворяется душой есенинский лирический герой, обретает гармонию. Лирического героя Есенина невозможно представить себе вне мира природы, в таком случае нарушится его кровная связь с миром, ему будет неуютно и холодно в мире. Поэтому в лирике Есенина такое большое место занимают природные, особенно древесные образы: клен, береза и т.д. Это очень важные образы для национальной картины миры, для создания природного пейзажа и пейзажа души лирического героя Есенина – пейзажа русской души в целом. Но мифологизм поэзии Есенина – от живой жизни, от реального быта русской деревни. От фольклора Есенин брал то, что было близко его мироощущению, его лирическому дару. Отличительная черта есенинской поэзии – ее "земное", языческое начало, пристальное внимание к едва заметным переменам в природе, а значит, и в человеческой жизни. И в образном плане поэзия Есенина является поэтическим выражением русского национального менталитета, русской образной картины мира.

Поэзия Есенина основана на славянской мифологии: центральным понятием поэтических воззрений славян (согласно А.Н. Афанасьеву) является образ древа – он олицетворяет собой мировую гармонию, единство всего сущего. Древо – мифологический символ, обозначающий вселенную, мировую гармонию. Но древо – это и знак человека, слитого с миром. Подобно тому как в древе-вселенной вершина – это небо, солнце; низ – это корни, рождается параллель со стоящим человеком: голова его – вершина, уходящая в небо; ноги – корни, ощущающие крепость земли, раскинутые руки, подобно ветвям, обнимают мир вокругsup 11.

И эту особую близость пейзажа душевного и пейзажа природного также можно назвать отличительной национальной чертой. Поэтическая славянская мифология (в частности, образ мирового древа как символ гармонии и лада "деревянного-деревенского" мира) была усвоена Есениным не из книг, а из живой жизни, из окружающей его природы. Природные циклы, цветение, увядание и новое возрождение всего живого в мире природы – это постоянная тема поэзии Есенина. И в самой его поэзии принято выделять "природные" циклы: весну, лето, осень, зиму с соответствующим им цветовым колоритом. Поэзия Есенина 1913–1914 годов в основном лишена драматических конфликтов, скрытого трагизма, поэтический мир Есенина этого периода ярок, многоцветен, и он получил название "голубого" периода в творчестве поэта. 1916 год называют "розовым" периодом в поэзии Есенина. В это время назревает ощущение предстоящей катастрофы, взрыва стихийных сил (например, в стихотворении "Небо сметаной обмазано...": "Жгуче желания множат // Душу больную мою, // Но и на гроб мне положат // С квасом крутую кутью..."). 1923–1924 годы – "желтый" период в поэзии Есенина, соответствующий осени, времени увядания:

	Мы теперь уходим понемногу
	В ту страну, где тишь и благодать.
	Может быть, и скоро мне в дорогу
	Бренные пожитки собирать. 

И наконец, есенинская черно-белая "зима" – вторая половина 1925 года.

 


Читайте также анализ произведений Сергея Есенина:

 Анализ произведений других поэтов XX века