В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Василий Каменский. Анализ произведений. ("Танго с коровами", "Дворец С.И. Щукина")

Кубофутуристы также активно использовали композиционные и графические эффекты в своей поэзии. Одним из самых известных футуристических изданий стала книга В. Каменского "Танго с коровами" (1914). Книга имеет непривычную – пятиугольную – форму. Она напечатана на дешевых комнатных обоях желтого цвета в знак протеста против роскошных буржуазных изданий, что имело для будетлян принципиальный характер. Кроме того, желтый цвет раздражает (еще В. Кандинский писал: "От лимонно-желтого уху больно, как от высокого звука флейты, киноварь притягивает, как огонь, глаз ищет покоя в синем и зеленом"), чего и добивались авторы книги. Однако, по наблюдениям критиков, "вульгарный материал из отчаянно-резких, мещанских обоев обернулся в книге неожиданной изысканностью, обогатил ее сочным цветом".

Вызывающим является само название – "Танго с коровами". Танго в то время воспринимался как танец несколько фривольный. Тем более эпатирующе должно было звучать "танго с коровами". Характерен и подзаголовок – "железобетонные поэмы". Железобетон – это новый строительный материал технического ХХ века. Он только начинал входить в обиход, и футуристы, с их бунтом против сладкозвучных эвфемизмов символистов, подхватили это новое слово из лексикона строительной техники. Кроме того, поэмы в этой книге Каменского как бы собраны, составлены из отдельных блоков-глав. Почти каждая из поэм размером была в одну страницу и умещалась на одной странице. И это позволяло одновременно читать и видеть всю поэму.

Поэма "Дворец С.И. Щукина" выглядит как путеводитель по залам П. Сезанна, К. Моне, П. Пикассо, П. Гогена, В. Ван Гога, А. Матисса (на плане обозначена и "лестница"). Причем каждому залу, где представлены картины того или иного художника, посвящена отдельная "глава", заключенная в отдельную геометрическую фигуру. Этот путеводитель был заполнен и именами художников, и краткими названиями их картин, и характеристиками их красочной палитры, и собственными стихотворными комментариями поэта-автора. Поэмы в этой книге не только по внешнему виду, но и по своим текстам представляют собой коллаж московской жизни того времени со всеми ее точными реалиями (поэмы "Цирк Никитина", "Дворец С.И. Щукина" и др.).

Поэмы В. Каменского имеют свою топографию и свою конфигурацию набора. Текст поэм не был "бесцветным и серым": в одной строчке, в одном слове чередовались шрифты полужирные и светлые, прописные и строчные, курсивные и прямые; буквы разного начертания и разного размера. Так, "Полет Васи Каменского на аэроплане в Варшаве" заключен в треугольник. При этом поэт специально ориентирует читателя: "читать снизу вверх". И если последовать этому совету, то мы окажемся не столько читателями, сколько зрителями графического полета аэроплана. По мере отрыва его от земли, здесь – от нижнего края страницы, строчки становятся все короче, шрифт мельче, пока аэроплан не превращается в едва различимую, как знак или точку, одну букву. Эта поэма – один из примеров визуальной поэзии.

Интересно, как сами футуристы трактовали свои поэтические и живописные произведения. В 1914 году, на выставке "№ 4" ("Футуристы, лучисты, примитив") экспонировались работы В. Каменского. Одна из них – конструкция "Падение с аэроплана". В. Каменский описывает ее следующим образом: "“Падение с аэроплана” я изобразил так: на фоне железного листа, прицепленного к крючку этак на вершок от стены – свешивалась на проволоке пятифунтовая гиря с нарисованным на ней лицом. Внизу, под гирей, в луже крови – сурика – обломки аэроплана. Для достижения полного впечатления надо было трясти за угол “картины” – тогда голова ударялась об железо и вообще получался гром грозы. Вот Володя и забавлялся как ребенок, тряся “картину” и хохотал на всю выставку вместе со зрителями. А зрители требовали – “Маяковский, объясните этого художника”. Маяковский объяснял: – Во-первых, Вася Каменский не художник, а поэт. Во-вторых, это не картина, а веселая игра, изображающая гром радости по случаю того, что хотя Вася упал с аэроплана, но остался жив. В третьих, эта гремящая штуковина не поддается объяснению, так как это личное дело изобретателя".

Нередко произведения футуристов представляли собой синтез начала поэтического и живописного, поскольку футуристы декларировали идею синтеза различных искусств. Литературный футуризм был тесно связан с авангардными группировками художников 1910-х годов: прежде всего с группами "Бубновый валет" (П. Кончаловский, И. Машков, А. Лентулов, Р. Фальк, А. Куприн и др.), "Ослиный хвост" (М. Ларионов и др.), "Союз молодежи" (М. Шагал, П. Филонов, К. Малевич, В. Татлин, Ю. Анненков, Н. Альтман, Д. Бурлюк, А. Экстер, Л. Жевержеев и др.). В той или иной мере большинство футуристов совмещало литературную практику с занятиями живописью (братья Бурлюки, В. Маяковский, А. Крученых), а художники К. Малевич и В. Кандинский на первых порах участвовали в футуристических альманахах и в качестве "речетворцев".

 


Читайте также другие статьи по теме “Футуризм в русской литературе”:

 Анализ произведений поэтов XX века