В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: (845-3) 76-35-48
(845-3) 76-35-49

2. Анализ стихотворения Н. Заболоцкого "Лесное озеро"

Стихотворение "Лесное озеро" (I, 198) — подлинный шедевр, жемчужина лирики Н. Заболоцкого. Написано стихотворение в 1938 году. Экспозиция стихотворения дает нам возможность увидеть мир природы, в которой царствует закон взаимного уничтожения, войны всех со всеми.

	Сквозь битвы деревьев и волчьи сраженья,
	Где пьют насекомые сок из растенья,
	Где буйствуют стебли и стонут цветы,
	Где хищная тварями правит природа,
	Пробрался к тебе я и замер у входа,
	Раздвинув руками сухие кусты.

Этот лик природы, явленный человеку, представляет собой вариацию тех представлений, которые были характерны для раннего творчества Заболоцкого. Вспомним хотя бы строки из поэмы "Лодейников":

	Жук ел траву, жука клевала птица,
	Хорек пил мозг из птичьей головы,
	И страхом перекошенные лица
	Ночных существ глядели из травы.

Интересно, что в анализируемом нами отрывке "буйство стеблей", и "стон цветов", и "битвы деревьев", и "волчьи сраженья" как бы заслоняют кажущуюся вполне невинной строчку о том, как "пьют насекомые сок из растенья". Но эта строка "невинна" только на первый взгляд. Образы еды и питья у раннего Заболоцкого всегда однозначно связаны со смертью, и цитата из поэмы "Лодейников" показывает нам, что взаимная цепь пожирания отравляет видимую красоту и гармонию природы, в которой зло и добро неотделимы друг от друга.

Но вот оказывается, что в этой самой косной и страшной природе выделяется некий особый участок, живущий по законам, отличным от законов "хищной природы". Это — лесное озеро. Интересно проследить все метаморфозы этого образа, которые мы встречаем в стихотворении. Итак, в самом его начале озеро — "хрустальная чаша во мраке лесном". Далее образ озера трансформируется, и перед нами — целомудренная невеста "в венце из кувшинок, в уборе осок, в сухом ожерелье растительных дудок". Интересно, что рядом с озером изменяются и сами законы жизни "хищной природы":

	Но странно, как тихо и важно кругом!
	Откуда в трущобах такое величье?
	Зачем не беснуется полчище птичье,
	Но спит, убаюкано сладостным сном?
						(I, 198)

Дальнейшая трансформация образа лесного озера идет по двум смысловым направлениям. Во-первых, "хрустальная чаша" превращается в купель, по краям которой, как свечи, стоят сосны, "смыкаясь рядами от края до края". Во-вторых, перед читателем последовательно разворачивается сравнение озера с оком больного человека:

	Так око больного в тоске беспредельной
	При первом сиянье вечерней звезды,
	Уже не сочувствуя телу больному,
	Горит, устремленное к небу ночному.
						(I, 199)

Если вдуматься в это сравнение, то первое, на что мы обращаем внимание, — это скрытое отождествление больного тела человека с "больным телом" природы, и только око, несущее в себе духовное начало, предчувствует иную жизнь, жизнь, соединенную не с землей, а с небом. Это око и есть озеро. Следовательно, закон жизни "лесного озера" иной, чем закон жизни окружающей его "больной" природы, и этот закон — духовен по своей природе, которая жаждет исцеления. Последняя строфа стихотворения ("И толпы животных и диких зверей, // Просунув сквозь елки рогатые лица, // К источнику правды, к купели своей // Склонялись воды животворной напиться") дает нам надежду на то, что зло, лежащее в глубине природы, может быть преодолено и исцелено. Потрясающая по своей силе и метафорической дерзости строка о животных, которые, "просунув сквозь елки рогатые лица", склоняются к животворной воде, тоже показывает нам, что между озером и остальной природой — некая метафизическая преграда, которую нужно преодолеть. Эта преграда существует потому, что два пространства — пространство природы, коснеющей во зле, и пространство озера, соединяющего в себе Истину, Добро и Красоту, так отличаются друг от друга, что их разделяет частокол елок. Сквозь него нужно прорваться, преодолеть эту преграду.

Интересно, что в стихотворении "Бетховен" мы встречаемся с похожей смысловой формулой. Прорыв к "мировому пространству" так описан Заболоцким:

	Дубравой труб и озером мелодий
	Ты превозмог нестройный ураган,
	И крикнул ты в лицо самой природе,
	Свой львиный лик просунув сквозь орган.
						(I, 198)

Характерна для этого стихотворения и лексика света, которая пронизывает все пространство этого текста. "Хрустальная чаша" только "блеснула" в начале этого стихотворения, а потом озеро "в тихом вечернем огне" "лежит в глубине, неподвижно сияя", "бездонная чаша прозрачной воды // сияла и мыслила мыслью отдельной".

Этот без преувеличения неукротимый поток света льется на читателя из самых разных стихов позднего Заболоцкого. В стихотворении "Соловей" природа уподобляется "сияющему Храму", "сияющий дождь на счастливые рвется цветы" в стихотворении "Гроза", "блистает лунным серебром // замерзший мир деревьев и растений" в стихотворении "Еще заря не встала над селом", "колеблется розовый, немигающий утренний свет" в стихотворении "В этой роще березовой". Эти примеры можно продолжать и продолжать. Произошло возвращение Заболоцкого к традиционной метафизике света, который преображает, просветляет, оживляет материю. Поэтическая мысль Заболоцкого в стихотворении "Лесное озеро" близка богословскому пониманию Крещения. Крещение — новое рождение человека, рождение духовное. Природа, которая припадет к озеру, как к купели, тоже должна родиться заново.

 


Читайте также другие статьи о жизни и творчестве Н. Заболоцкого:

 Перейти к оглавлению книги "Сохранившие традицию: Н. Заболоцкий, А. Тарковский, И. Бродский"