В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Любовь Ионыча и Екатерины Ивановны (Котика)

Анализ рассказа Чехова "Ионыч"

 

Испытание любовью. «А хорошо, что я тогда не женился». По традиции, сложившейся в русской классической литературе (и в творчестве самого Чехова), испытание героя любовью убедительнее всего помогает раскрыть его истинную суть. Дмитрий Старцев оказывается неспособным к сильной любви. Его восхищает в Котике ее начитанность, она кажется ему умной, интеллигентной. Однако любовь, едва возникнув, уже пугает его. «К чему поведет этот роман? — размышляет он, получив записку от Котика. — Что скажут товарищи, когда узнают?» И далее важное для характеристики героя размышление: «А приданого они дадут, должно быть, немало», — думает влюбленный молодой человек. Предложив «руку и сердце» и получив отказ, Старцев страдал... ровно три дня. «Потом, иногда вспоминая, как он бродил по кладбищу или как ездил по всему городу и отыскивал фрак, он лениво потягивался и говорил: «Сколько хлопот, однако!» Не случайно сопровождает эту вялую любовь и мотив увядания природы: «Приближалась осень, и в старом саду было тихо, грустно, и на аллеях лежали темные листья. Уже рано смеркалось». Его любовь (на фоне такого пейзажа) безнадежная, мелкая, робко-практичная. Но, какая бы она ни была, она одна могла быть для героя рассказа спасительной.

И вот через несколько лет Дмитрий Ионыч Старцев вновь встречает Екатерину Ивановну, приехавшую в родной город из Москвы, где она училась в консерватории. Неизменной осталась среда, жизнь и быт семьи Туркиных, но изменились главные герои рассказа. Герой утратил полное имя, а вместе с ним и полноту жизни, свою человеческую индивидуальность: ужин в клубе, деньги, которые его раньше не интересовали, являются теперь смыслом жизни. Героиня стала более зрелой, серьезной, реально оценивающей жизнь и свои возможности: «Я такая же пианистка, как моя мама писательница...». У нее осталась лишь одна иллюзия, с которой ей тоже приходится расставаться, — это любовь Старцева. Пейзажный фон их последнего свидания тяжел, мрачен: «Они пошли в сад и сели там на скамью под старым кленом, как четыре года назад. Было темно». «Было темно», — очевидно, красота ночной природы для героя стала закрытой. Это он ее такой темной видит. Во время первого, несостоявшегося, свидания на кладбище, когда в душе его было светло, светлой, таинственной, загадочной и поэтичной была и природа. Слово «темно», «темный», кстати, повторяется во второй половине рассказа несколько раз: «темный дом и сад» Туркиных.

Темно и в душе Ионыча. Лишь на миг «затеплился огонек», стало жаль любви, утраченного счастья, и, словно при свете этого огонька, вдруг раскрылась пошлость его бессмысленной жизни. «Стареем, полнеем, опускаемся... жизнь проходит тускло, без впечатлений, без мыслей... Днем нажива, а вечером клуб, общество картежников, алкоголиков, хрипунов, которых я терпеть не могу. Что хорошего?» — жалуется он. Но тут же «Старцев вспомнил про бумажки, которые он по вечерам вынимал из карманов с таким удовольствием, и огонек в душе погас». Ему уже не жаль молодости, любви, несбывшихся надежд. «А хорошо, что я тогда не женился», — думает он.

На первых страницах романа голос Старцева звучал иначе: «О, как мало знают те, которые никогда не любили! Мне кажется, никто еще не описал верно любви, и едва ли можно описать это нежное, радостное, мучительное чувство...» Но теперь для Ионыча умерло все, даже его единственное поэтическое воспоминание. «И когда, случается, по соседству за каким-нибудь столом заходит речь о Туркиных, то он спрашивает: “Это вы про каких Туркиных? Это про тех, что дочка играет на фортепьянах?”» Наверное, ничто так не характеризует героя, как предательство самого себя, опошление и забвение самой светлой страницы его жизни — любви. Дмитрий Ионыч стал уже частью того самого мира, который он на словах отвергает. Герой страшится любой перемены, он принял правила игры и внутренне доволен своим нынешним положением.

В рассказе важную роль играет пейзаж. На первый взгляд, может показаться лишним, не связанным с основными событиями эпизод на кладбище, где Старцев напрасно ожидает свидания: «На первых порах Старцева поразило то, что он видел теперь первый раз в жизни и чего, вероятно, больше уже не случится увидеть: мир, не похожий ни на что другое, — мир, где так хорош и мягок лунный свет, точно здесь его колыбель, где нет жизни, нет и нет, но в каждом темном тополе, в каждой могиле чувствуется присутствие тайны, обещающей жизнь тихую, прекрасную, вечную. От плит и увядших цветов, вместе с осенним запахом листьев, веет прощанием, печалью и покоем». Но это описание является поворотным, кульминационным.

В первой и второй главах мы уже видим пустоту, механистичность жизни Туркиных, но пока это все было прикрыто легким покровом поэзии. Поэтическое веяние достигло апогея в эпизоде на кладбище. После него следует сплошная проза жизни, рисующая нам постепенное, но неуклонное очерствление души героя рассказа, превращение его в грубого, страшного Ионыча (языческого бога). Сцена на кладбище — это как бы лебединая песнь той поэзии, которая робко и несмело звучала в сухой и прозаической душе Старцева. По контрасту с ней особенно печально все то, что мы узнаем о Старцеве в дальнейшем.

 


 Смотреть все темы книги "Рассказы и пьесы А.П. Чехова: ситуации и персонажи"