В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Дом в романе. Деревенский дворец Ласунской и дом Липиной

Анализ романа И.С. Тургенева «Рудин»

 

Мы начали разговор со времени. Пришло время поговорить о пространстве романа, его реальном и символическом значении.

В романе представлены две усадьбы. Деревенский дворец Ласунской – летнее местопребывание представительницы высшей аристократии. «Дом Дарьи Михайловны Ласунской считался чуть ли не первым …ой губернии. Огромный, каменный, сооруженный по рисункам Растрелли <…>, он величественно возвышался на вершине холма». Дом Липиной и ее брата Волынцева – обиталище помещиков средней руки. В нем живут круглый год, зимою и летом. «Недавно выстроенный и выбеленный, он приветливо выглядывал своими широкими светлыми окнами из густой зелени старинных лип и кленов». Построен он, очевидно, на месте старого особняка, в тени аллей, где гуляли еще дедушки и бабушки. Так сохраняются в глазах автора признаки настоящей усадьбы – очарование старины, ощущение преемственности поколений. Другая черта, дорогая писателю – слиянность домика с окружающей природой: «…балкон, от которого в сад вели ступени…»

Дом накладывает отпечаток на весь уклад и круг занятий обитателей. Лежнев уклоняется от визитов хозяйке соседнего поместья. Дарья Михайловна, оскорбленная пренебрежением, вопрошает в первую очередь: «Или собственно мой дом вам не нравится?» – И уже затем: «Я вам не нравлюсь?» И получает честный ответ – «Дом у вас прекрасный; но признаюсь вам откровенно, я не люблю стеснять себя. У меня и фрака порядочного нет, перчаток нет; да я и не принадлежу к вашему кругу». Михайло Михайлыч имеет в виду не столько «круг» высшего дворянства, сколько круг людей, готовых восхищаться ее умом, талантами и связью в высших сферах.

Гончаров, как мы говорили, видел в господской усадьбе материальную опору остального российского пространства. Ее цель – делиться от благ своих и утверждать стабильность живущих возле и зависимых от нее лиц. Ее преимущество – внутренняя органическая близость общерусскому укладу жизни, неизменному со времен баснословной Обломовки. Тургеневу же барская усадьба интересна в первую очередь как духовный центр, средоточие культуры. В ней вечерами музицируют; подразумевается, что любой владеет инструментом (играет Наталья, играет Пандалевский). В гостиной обсуждают литературные новинки. Здесь не нужны переводчики, ибо с ранних лет все знакомы с европейскими языками. Новейшую брошюру французского историка Токвилля получают и критикуют тотчас после ее выхода. Помещики Тургенева тысячью нитей связаны с Европой, с осуществлением мечты Петра Первого о просвещенных европейских землевладельцах.

Уклад дома в первую очередь регламентируется Женщиной. В этом отношении Александра Павловна, о которой Ласунская судит гордо-снисходительно, оказывается более талантливой хозяйкой. Она не стремится блеснуть красотою или умом перед гостями. Зато готова понять, защитить каждого, ощутив чутким сердцем хотя бы легкую тень несправедливости. Она не участвует активно в сюжете, деликатно не вмешивается в отношения брата с Натальей, хотя душой переживает за него. Герои сами ощущают себя комфортно в ее присутствии. «При ней и говорится лучше и молчится легче.., – замечает Лежнев, предлагая брату пригласить Александру Павловну в комнату. И Волынцев, в порыве немой благодарности сестре, «схватил ее руку и крепко прижал ее к своим губам».

Однако присутствие женщин вносит в отношения элемент любовного соперничества. Вооружается против Рудина Волынцев, искатель руки Натальи. Даже флегматический, подчеркивающий свою объективность Лежнев, позднее вынужден признать, что на него повлияла та же Липина: «…Тогда боялся, как бы он тебе голову не вскружил». Женское начало символизирует в романе отсутствие абсолютной объективности. Не случайно решающие объяснения персонажей, их самораскрытия происходят, как правило, вне домашних стен. Спешит помочь крестьянке добросердечная Липина. Оказавшись на сельской дороге, Пандалевский сбрасывает маску угодливого кавалера и грубо заигрывает с крестьянской девушкой. Басистов весело бегает по полю наперегонки со своими воспитанниками. В сиреневой беседке и у Адюхина пруда происходят решающие объяснения Рудина с Натальей.

В общефилософском плане Дом – это место, где тепло и уютно. Однако человеку нужно обладать определенным душевным складом, чтобы посвятить себя исключительно Дому. Стоит сосредоточиться на своем – сжимается горизонт (вспомним Обломовку!); грозит опасность обывательского самодовольства. Первые признаки этой болезни проникают в семейное благополучие женатого Лежнева: Александра Павловна «по-прежнему была мила, только пополнела в последнее время <...>. Расхаживала кормилица с краснощеким ребенком на руках… Ребенок не пищал, с важностью сосал свой палец и спокойно посматривал кругом. Достойный сын Михайла Михайлыча уже сказывался в нем».

Лежнев обрел тихую пристань. Его супруга «улыбнулась и стиснула руку» мужа, безмолвно соглашаясь с тем, что они «друг друга любят и счастливы». Такое же благополучие ждет Волынцева, «в каком-то чаду» сообщившего родственникам о близкой свадьбе. В этот момент наивысшего семейного торжества Лежнев вспоминает об отсутствующем. Он торжественно провозглашает новый тост: «Мы сейчас пили за здоровье <…> нашего брата и его невесты; я предлагаю вам выпить теперь за здоровье Дмитрия Рудина!» Гости, кто «с изумлением», кто «покраснев от радости», принимают этот неожиданный тост.

Меж тем логика Лежнева понятна. Вокруг себя он видит таких людей, как Пигасов, который позволяет язвительно задевать Рудина, хотя сам «когда служил, брал взятки, и как еще!» Он слышит о дальнейшем процветании Пандалевского, которому Дарья Михайловна «выхлопотала очень выгодное место». В сравнении с ними «недостатки» Рудина предстают в совсем ином свете. На расстоянии виднее, что в нем было «хорошего, редкого». Неисправимый «энтузиаст» Рудин будил, отрезвлял от обывательской самоуспокоенности: «Мы все стали <…> рассудительны, равнодушны и вялы; мы заснули <…>, и спасибо тому, кто хоть на миг нас расшевелит и согреет!..» Опять-таки на расстоянии Лежнев осознает, что недостатки друга «тем более выступают наружу, что сам он (Рудин) не мелкий человек». «…Кто вправе сказать, что он (Рудин) не принесет, не принес уже пользы? что его слова не заронили много добрых семян в молодые души…?» Верность этих слов горячо подтверждает Басистов: «…Клянусь вам, этот человек не только умел потрясти тебя, он с места тебя сдвигал. Он не давал тебе останавливаться, он до основания переворачивал, зажигал тебя!»

Однако по окончании ужина проницательная Александра Павловна вновь упрекает мужа: «Сознайся, что ты немного увлекся в пользу Рудина, как прежде увлекался против него…» Для достижения абсолютной объективности писатель переносит место действия на «нейтральную территорию».

 


Читайте также другие статьи по теме «Анализ романа И.С. Тургенева «Рудин»:

 Перейти к оглавлению книги «Русская классика XIX века. И.А. Гончаров. И.С. Тургенев»