В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Русская классика XIX века. И.А. Гончаров. И.С. Тургенев. Введение

Иван Александрович Гончаров в 1853–56 годах совершал кругосветное путешествие. Вся Россия зачитывалась его путевыми заметками с борта фрегата «Паллада» – из Китая, Африки, с острова Мадейры. Ну а что же их автор? Из Saddle-Island Иван Александрович сообщал: «Иногда мне бывает просто лень писать, тогда я беру, – как вы думаете что? – лукаво спрашивал он своего корреспондента. И сам отвечал: «Книжку Ивана Сергеевича…» Гончаров имел в виду книгу рассказов «Записки охотника», недавно вышедшую в свет. Ее обаяние было магически велико: «…Как заходили передо мной эти русские люди, запестрели березовые рощи, нивы, поля и, – что всего приятнее – среди этого стоял сам Иван Сергеевич, как будто рассказывающий это <…>, – и прощай Шанхай, камфарные и бамбуковые деревья, море, где я – все забыл». То же мог повторить Тургенев, неизменно читавший гончаровские произведения с карандашом в руках.

Оба писателя увидели свет в самом сердце России. Один – в старинном Симбирске, на берегу Волги, другой – на степной Орловщине. Изображенная в их произведениях природа – всем знакомая, русская. И в то же время это тот уголок земли, который они называли родным. Пейзаж глухого Заволжья угадывается в «Сне Обломова». И в наше время старожилы укажут туристу и Бежин луг, и ключ Малиновой воды, и Варнавицкий колодец – все названия, знакомые нам из «Записок охотника». Писатели припадали к родной земле в поисках вдохновения. Из впечатлений от поездок на родину, как из мозаики, составился сюжет «Обрыва». Охотничьи странствия Тургенева обогащали поэтически копилку «Записок охотника».

И того, и другого писателя в детстве обошли материальные заботы, нужда и борьба за кусок хлеба. Тургенев происходил из древнего дворянского рода, Гончаров – из достаточно зажиточного купеческого. Но – удивительное дело! Живущие в обеспеченных семьях, заботливо взлелеянные мальчики не остались равнодушны к тому, что происходило за стенами деревенской усадьбы или окнами просторного городского дома, к большим вопросам русской жизни. Картины городского быта дали почувствовать Гончарову, почти бессознательно, зло лени и «всероссийского застоя». Реалии дворянской усадьбы совсем юного Тургенева заставили дать «аннибалову клятву» бороться с крепостным правом.

«Мы оба любим искусство, оба – смею сказать – понимаем его…» Эти строки из письма Гончарова Тургеневу можно воспринять как характеристику всего поколения. Поколения, вступившего в общественную жизнь в сороковые годы ХIХ века. К «людям сороковых годов» принадлежали А.И. Герцен, Д.В. Григорович, Ф.М. Достоевский, А.Ф. Писемский, Н.А. Некрасов, М.Е. Салтыков-Щедрин, наследники достижения русской и западноевропейской культуры и создатели новой литературной эпохи. Предметом искреннего поклонения и поистине рыцарского служения для людей сороковых годов была российская словесность. Это касалось как писателей, так и читателей. «Школа пушкино-гоголевская продолжается доселе, все мы, беллетристы, только разработываем завещанный ими материал»; «Пушкин, говорю, был наш учитель – и я воспитался, так сказать, его поэзиею…» – писал о себе и Тургеневе Гончаров. Пушкин для младшего поколения остался воплощением идеала красоты, гармонии – в неразрывной связи творчества и личности. Почти каждому из перечисленных нами авторов хоть мельком, да посчастливилось его увидеть. Святым воспоминанием на всю жизнь остался для Тургенева один лишь миг, когда он столкнулся с поэтом при выходе из квартиры П.А. Плетнева – друга Пушкина, к которому обращено посвящение к «Евгению Онегину». Воспоминания Гончарова значительно обширнее: он оказался в числе студентов университета, который посетил Пушкин, сделав этот день знаменательным для Московского университета.

Своим учителем литераторы сороковых годов считали Гоголя. Отсюда и возникло исповедальное изречение: «Все мы вышли из «Шинели» Гоголя». Его мастерство осмысливать и рисовать мир в неразрывной связи повседневного быта и вселенского бытия стало философской основой творчества его последователей. Писатель приучил в литературе поднимать важнейшие общественные вопросы. Начиная с Гоголя, русская публика привыкла видеть «в писателе-художнике что-то серьезное, нужное и важное». Другой современник и в то же время учитель – В.Г. Белинский – открывал, пестовал молодые таланты. По первым напечатанным произведениям – у Гончарова это была «Обыкновенная история», у Тургенева – «Хорь и Калиныч» – критик сумел понять особенности дарования каждого из них. Недаром на склоне лет, когда подводятся итоги пережитого, оба писателя почтили память Белинского мемуарными статьями. В эпоху правительственной жесткой опеки такая поддержка была неоценимо целительной. «У нас литератор не был растением, рождающимся <…> из общественных потребностей; это было какое-то одинокое <…> растение <…>. Его топтали, давили, истребляли – и он почти всегда был контрабандой», – горестно размышлял об участи художника на Руси Гончаров. В середине сороковых-пятидесятых годов практика начальственного «истребления» литературы достигла своего апогея. За дело взялся сам император Николай I, предупрежденный министрами о том, что «в нынешнее время литераторы являются действующими лицами во всех бедственных для государства смутах».

Опасность литературного призвания ощутили на себе оба писателя. За некрологическую статью о Гоголе, а более того за публикацию «Записок охотника» Тургенев был сослан в свое имение. Много лет тянул лямку в канцеляриях ради заработка уже известный писатель Гончаров. Пребывание в среде бюрократии он тоже воспринимал как своего рода ссылку, где нравственные качества подвергались испытаниям едва не каждый день,«где молодой человек, не задумываясь, пил, ел, волочился, одевался франтом, потом женился и направлял детей своих по тому же пути, уча служить (то есть занимать выгодные места и брать чины) – в ущерб чести…». Многолетнее сопротивление среде укрепило в Гончарове сознание личного достоинства: «Я <…> рою тяжелую борозду в жизни <…>. У меня есть упорство, потому что я обречен труду давно… оттого служу искусству, как запряженный вол».

Иван Александрович подолгу совершенствовал свои творения. Взыскательность Тургенева восхищала и русских и французских писателей. Их творческая энергия и вера в читателя-друга оправдалась и принесла великие плоды.

Проза Тургенева и Гончарова в наши дни пользуется непреходящей популярностью. Репертуарность пьес Тургенева («Нахлебник», «Провинциалка», «Месяц в деревне») неоспорима. Но и созданные по романам его и Гончарова спектакли так же не сходят с подмостков театров. Кинематографические версии «Обыкновенной истории», «Обломова», «Дворянского гнезда», «Отцов и детей» стали крупным событием культурной жизни в нашей стране, получили признание мировой общественности. К заинтересованному читателю обращена и эта книга.

 


 Перейти к оглавлению книги «Русская классика XIX века. И.А. Гончаров. И.С. Тургенев»