В вашей корзине: 0 тов.
оформить | очистить
Отдел сбыта: +7 (8453) 76-35-48
+7 (8453) 76-35-49
Не определен

Том второй. Часть третья

В 1808 году император Александр ездил в Эрфурт для новой встречи с Наполеоном, и в высшем свете много говорили о важности этого события. В 1809 году близость двух «властелинов мира», как называли Александра и Наполеона, дошла до того, что когда Наполеон объявил войну Австрии, русский корпус выступил за границу, чтобы сражаться на стороне бывшего противника против бывшего союзника, австрийского императора.

Жизнь же обычных людей шла как обычно, со своими вопросами здоровья, любви, труда, надежды и т. д., независимо от отношений Наполеона с Александром. Князь Андрей два года прожил в деревне, никуда не выезжая. Все те меры, которые затеял у себя в имении Пьер и которые он не смог довести ни до какого результата, все эти меры, без особого труда, были успешно воплощены в жизнь князем Андреем. У него, в отличии от Безухова, была та практическая цепкость, благодаря которой дела без его особых усилий продвигались вперед. Некоторых крестьян он перечислил в вольные хлебопашцы, для других заменил барщину оброком. Крестьяне и дворовые обучались грамоте, специально для них была выписана ученая повивальная бабка. Одну часть своего времени Андрей проводил в Лысых Горах с отцом и сыном, другую – в имении Богучарово. Вместе с тем он внимательно следил за внешними событиями, много читал и размышлял. Весной 1809 года князь Андрей поехал в рязанское имение своего сына, состоявшего под его опекой.

Пригреваемый весенним солнцем, он сидел в коляске, поглядывая на первую траву, первые листья березы и первые клубы белых весенних облаков, разбегавшихся по яркой синеве неба. Он ни о чем не думал, а весело и бессмысленно смотрел по сторонам...

На краю дороги стоял дуб. Вероятно в десять раз старше берез, составлявших лес, он был в десять раз толще и в два раза выше каждой березы. Это был огромный в два обхвата дуб с обломанными, давно видно, суками и с обломанной корой, заросшей старыми болячками. С огромными своими неуклюжими, несимметрично-растопыренными, корявыми руками и пальцами, он старым, сердитым и презрительным уродом стоял между улыбающимися березами. Только он один не хотел подчиняться обаянию весны и не хотел видеть ни весны, ни солнца.

«Весна, и любовь, и счастие!»– как будто говорил этот дуб,– «и как не надоест вам все один и тот же глупый и бессмысленный обман. Все одно и тоже, и все обман! Нет ни весны, ни солнца, ни счастия. Вон смотрите, сидят задавленные мертвые ели, всегда одинакие, и вон и я растопырил свои обломанные, ободранные пальцы, где ни выросли они – из спины, из боков; как выросли – так и стою, и не верю вашим надеждам и обманам».

Князь Андрей несколько раз оглянулся на этот дуб, проезжая по лесу, как будто он чего-то ждал от него. Цветы и трава были и под дубом, но он все так же, хмурясь, неподвижно, уродливо и упорно, стоял посреди их.

«Да, он прав, тысячу раз прав этот дуб, – думал князь Андрей, пускай другие, молодые, вновь поддаются на этот обман, а мы знаем жизнь,– наша жизнь кончена!» Целый новый ряд мыслей безнадежных, но грустно-приятных в связи с этим дубом, возник в душе князя Андрея. Во время этого путешествия он как будто вновь обдумал всю свою жизнь, и пришел к тому же прежнему успокоительному и безнадежному заключению, что ему начинать ничего было не надо, что он должен доживать свою жизнь, не делая зла, не тревожась и ничего не желая.

По опекунским делам князю Андрею необходимо было увидеться с уездным предводителем, графом Ильей Андреевичем Ростовым. Болконский отправился к нему в Отрадное, где граф жил, как прежде, принимая у себя всю губернию, с охотами, театрами, обедами и музыкантами. Подъезжая к дому Ростовых, Андрей услышал женский крик и увидел бегущую наперерез его коляски толпу девушек. Впереди других, ближе всех к коляске, пробегала черноглазая девушка в желтом ситцевом платье, которая что-то кричала. Но узнав чужого, она, не взглянув на него, побежала назад. Девушка, на которую обратил внимание князь Андрей, была Наташа Ростова. При взгляде на нее Болконскому вдруг стало больно.

«Чему она так рада? О чем она думает? И чем она счастлива?» – невольно с любопытством спрашивал себя князь Андрей.

В течение дня, во время которого Андрея занимали старшие хозяева и гости, прибывшие в имение Ростова по случаю его именин, он не раз останавливал свой взгляд на чему-то веселившейся Наташе, пытаясь понять, что она думает и чему так радуется.

Вечером оставшись один на новом месте, он долго не мог заснуть. Он читал, потом потушил свечу и опять зажег ее...

Комната князя Андрея была в среднем этаже; в комнатах над ним тоже жили и не спали. Он услыхал сверху женский говор.

– Только еще один раз, – сказал сверху женский голос, который сейчас узнал князь Андрей.

– Да когда же ты спать будешь? – отвечал другой голос.

– Я не буду, я не могу спать, что ж мне делать! Ну, последний раз...

Два женские голоса запели какую-то музыкальную фразу, составлявшую конец чего-то.

– Ах какая прелесть! Ну теперь спать, и конец.

– Ты спи, а я не могу, – отвечал первый голос, приблизившийся к окну. Она видимо совсем высунулась в окно, потому что слышно было шуршанье ее платья и даже дыханье. Все затихло и окаменело, как и луна и ее свет и тени. Князь Андрей тоже боялся пошевелиться, чтобы не выдать своего невольного присутствия.

– Соня! Соня! – послышался опять первый голос. – Ну как можно спать! Да ты посмотри, что за прелесть! Ах, какая прелесть! Да проснись же, Соня, – сказала она почти со слезами в голосе. – Ведь этакой прелестной ночи никогда, никогда не бывало.

Соня неохотно что-то отвечала.

– Нет, ты посмотри, что за луна!.. Ах, какая прелесть! Ты поди сюда. Душенька, голубушка, поди сюда. Ну, видишь? Так бы вот села на корточки, вот так, подхватила бы себя под коленки, – туже, как можно туже – натужиться надо, – и полетела бы.. Вот так!

– Полно, ты упадешь.

Послышалась борьба и недовольный голос Сони:

– Ведь второй час.

– Ах, ты только все портишь мне. Ну, иди, иди.

Опять все замолкло, но князь Андрей знал, что она все еще сидит тут, он слышал иногда тихое шевеленье, иногда вздохи.

– Ах... Боже мой! Боже мой! что ж это такое! – вдруг вскрикнула она.

– Спать так спать! – и захлопнула окно.

«Им дела нет до моего существования!» – подумал князь Андрей в то время, как он прислушивался к ее говору, почему-то ожидая и боясь, что она скажет что-нибудь про него. – «И опять она! И как нарочно!» – думал он. В душе его вдруг поднялась такая неожиданная путаница молодых мыслей и надежд, противоречащих всей его жизни, что он, чувствуя себя не в силах уяснить себе свое состояние, тотчас же заснул.

На следующий день, попрощавшись только с графом, не дождавшись выхода дам, Андрей поехал домой. На обратном пути он въехал в ту же березовую рощу, в которой его поразил корявый дуб. Но теперь Андрей смотрел на него совершенно по-иному.

Война и мир. Краткое содержание. Том второй. Часть третья

Старый дуб, весь преображенный, раскинувшись шатром сочной, темной зелени, млел, чуть колыхаясь в лучах вечернего солнца. Ни корявых пальцев, ни болячек, ни старого недоверия и горя – ничего не было видно. Сквозь жесткую столетнюю кору пробились из сучков сочные, молодые листья, так что верить нельзя было, что этот старик произвел их. «Да, это тот самый дуб», – подумал князь Андрей, и на него вдруг нашло беспричинное весеннее чувство радости и обновления. Все лучшие минуты его жизни вдруг в одно и то же время вспомнились ему. И Аустерлиц с высоким небом, и мертвое укоризненное лицо жены, и Пьер на пароме, и девочка, взволнованная красотою ночи, и эта ночь, и луна – и все это вдруг вспомнилось ему.

«Нет, жизнь не кончена в 31 год, – вдруг окончательно, беспеременно решил князь Андрей. Мало того, что я знаю все то, что есть во мне, надо, чтобы и все знали это: и Пьер, и эта девочка, которая хотела улететь в небо, надо, чтобы все знали меня, чтобы не для одного меня шла моя жизнь, чтоб не жили они так независимо от моей жизни, чтоб на всех она отражалась и чтобы все они жили со мною вместе!»

Возвратившись из поездки по имениям, Андрей неожиданно для самого себя решил осенью ехать в Петербург. В августе 1809 года он осуществил свое намерение. «Это время было апогеем славы молодого Сперанского и энергии совершаемых им переворотов».

 


 Читать далее: Том второй. Часть четвертая

 Перейти к оглавлению книги «Война и мир» Л.Н. Толстого. Краткое содержание. Особенности романа. Сочинения